Танго с неприятностями. Третья часть

Арчибальд Белкаев, ерх-сыскарь

Несколькими часами позже после свадьбы Эки и Себа, где последний внезапно стал вдовцом.

Призрак главлекарки являться не желал. Я, Арьер и Себастьян битый час наблюдали за потугами архимага Рика вызвать призрак Эки для допроса. Никто на зов некроманта не отзывался. Вокруг стрекотали кузнечики, шумела трава, пищали комары, да, вылазка на природу без этих составляющих никак не может пройти. Илана была освобождена от СЗСКи, допрошена и отпущена восвояси. Девушка ничего не помнила и расплакалась, ужаснувшись, что натворила её старшая подруга, на которую она до этого всегда смотрела с обожанием.

– Может она жива? – предположил я, срывая какую-то травинку и машинально крутя её.

– После того, как Эку схомячил монструозный лобстер? – иронично уточнил Рик и сам себе ответил: – Исключено. Думаю, защита от магии Измогилина так повлияла.

Я ударил себя ладонью по лбу:

– Глупец! Какой же я глупец! Надо было сразу вытягивать из злодейки информацию о кукловоде!

Себастьян покачал головой:

– Мне кажется, ты зря занимаешься самобичеванием, Арчи. Дело раскрыто. Всех преступников ты поймал, главную злодейку схомячили. И никто не давал приказа Измогилину съесть Эку. На него подействовало…

Пока Край пытался справиться со ставшим непослушным голосом, за друга закончил фразу Арьер:

– Проклятие. То самое, которым тебя наградила собственная мать.

Тут не выдержал я:

– Гард, какой же ты рептилоид чешуйчатый! Да чтоб твой хвост бесконечные ляписы выписывал! Ты можешь говорить о проклятии! И до сих пор молчал!

Арьер, сейчас он был в человеческой ипостаси, откинулся на спину, растянувшись на мягкой зелёной траве звёздочкой, а затем соизволил ответить:

– Я не помогаю, пока меня об этом не попросят. А когда просят… я тоже иногда не помогаю. Все от настроения зависит.

Край вскочил и рванул к Гарду с воинственным видом. Я перекинулся в полузвериную ипостась. Обогнал Себа и подставил ему подножку своим двухметровым беличьим хвостом. Кувыркнулся друг знатно, а как заковыристо ругался – весьма познавательно, даже я не все эти ругательства знаю – еще немного и записывать бы начал.

– Арьер, Себ, прошу вас забыть на время о своей конкурентной борьбе за руку и сердце Бесиль, – сказал я, и сам фыркнул от пафоса сказанного. – Короче, други мои. У нас есть дела поважнее, – я повернулся к Чёрному дракону и попросил: – Гард расскажи, что ты узнал о проклятии.

– Да, обычное дело среди ведьм, – не стал отнекиваться дракон и принялся вещать, приподнявшись в полулежачее положение. – Наш Себастьянчик был как кость в горле у родителей. Ещё бы!.. Целый некромант в семье потомственных верховных ведьм! И даже то, что он сумел извернуться и начал преобразовывать тёмную магию в целительскую, его мать ни грамма не успокоило. Она прокляла сына на то, чтобы ни одна его жена не выживала после бракосочетания. Не приведи Темнейший, ещё один некромант в семье родится!.. Вести любимую под венец нашему разводчику роз – это обречь зазнобу сердца на скорую погибель. Мы все недавно стали свидетелями скорой расправы проклятия над новообретенной супругой нашего любителя цветов. Его названной жене не удалось дожить даже до первой брачной ночи, а значит, матушкин подарок не даст Себастьяну обзавестись наследниками. И рассказать о проклятии он никому из живых не может. Мне вот только одному и поведал, да и то потому, что на тот момент я был полноценной нежитью. Сейчас наш ерх-целитель вряд ли смог бы поделиться сокровенной тайной. В моём организме начались процессы оживления, и теперь я  – полноценная нечисть, к коим в вашем мире относят двуипостасных. Теперь я буду слаб, словно дитя, впервые открывший в себе силы колдовать. Я пока еще зеленюшная нечисть, которая едва-едва может творить заклинания. Силёнок мало. Многие не понимают. Нечисть – это не нежить! Только пугать непросвещённых и может, а на деле совершенно безобидна. Даже защитить себя толком не способна, оттого и встречается крайне редко. Конечно исключая оборотней. Среди них встречаются довольно сильные экземпляры.

Арьер замолчал, и мы с другом тоже не спешили что-то говорить.

Первым не выдержал я:

– А почему ты говоришь о родителях ерх-целителя в прошедшем времени?

– Ну, как же, не осталось больше никого из ведьминского рода Краев кроме нашего Себа. То ли ведьмы их со свету сжили, то ли несчастный случай, не знаю, дело прошлое, дело тёмное. Поскольку Себастьян не стал развивать те крохи, что достались ему от ведьмовского дара, то наследство по указанию почившей родительницы перешло к ерх-ведьмаку, заведующему всеми ковенами ведьм Манжунты – к Гермэсси Аркавию. И да, недальновидный наш, – Арьер с иронией посмотрел на Края, – право снять твоё проклятье тоже теперь в ведении ерх-ведьмака.

Ерх-целитель снова принял боевую стойку, но, видя, что я стою на его пути к зарвавшейся нежити, тьфу ты, нечисти, затормозил и лишь зло выплюнул:

– И ты мне это только сейчас говоришь?!