Таксист. Япония

Я сидел на балконе, своей небольшой квартиры, на окраине Токио и смотрел на ночное небо. Освещённое тысячами залпов фейерверков и огненных техник.

— С Новым годом! — грустно произнёс я, помешивая ложкой в стакане с чаем.

Бросив тоскливый взгляд на кружку и отметив, что несильно-то вода и изменила цвет. Вздохнул. Последний пакет с чаем. На четвёртый раз заварки его не хватило. А денег нет. Четыре дня назад, я отправил небольшой бизнес-проект для создания рекламной фирмы в Токио, в один из банков, но ответа так и не последовало. Теперь настал Новый год и длинные праздничные дни. И вопрос, как прожить эти дни, стал очень важным. В кармане валялось около трёхсот Йен. А пачка чая, самая простая стоила сто двадцать, лапша китайская, для заварки кипятком пятьдесят. Хлеб был по сорок три йены. А полкилограмма курицы, точнее, ножек, стоит двести сорок. Говядина вообще около четырёхсот. А есть ещё кошка, но у неё много сухого корма. В лучшие дни, после покупки квартиры, за которую отдал миллион триста Йен, я купил пять больших пакетов по пять килограмм. Два пакета ещё осталось. За неё я не волновался. Но как жить самому, я не знал.

С того дня, как я согласился на предложение Распутина и сбежал из Российской империи на самолёте рода Фудзивары, прошёл год.

Тогда, приземлившись в частном аэропорту Токио, Фудзивара, передал мне несколько миллионы Йен.

И пожав друг другу руки, я отправился на выход.

Накинув капюшон курточки, я под дождём покинул территорию. И ориентируясь на огни большого города, поплёлся по извилистой дороге.

Мой путь лежал в район Санья. Трущобы Токио. Место, где исчезают люди. Место, где правят якудза.

Я прожил полгода в комнате размером десять квадратов. Тёмной, заплесневелый и с огромным количеством соседей. Клопами.

У меня был матрас, одеяло и пара полок, где расположилась моя одежда, завёрнутая в пакеты, которые были уложены ещё в одни пакеты.

И каждый день, выходя на улицу, я покупал свежую газету. И всё это время, на главной полосе, было моё лицо. Убийца, мошенник, предатель и насильник. Из тех же газет, я узнал, что я объявлен в международный розыск, как и со стороны штатов, где у меня отобрали все мои активы в пользу семьи погибшего Лёвина. Так и со стороны Российской империи. Там я был обозначен как враг короны, где за мёртвого меня, давали больше чем за живого.

Стерва. Сама же дура скрывала кто она.

Из тех же газет, я вычитал, что Дамир Болконский убил всё-таки президента Казани. Правда, погиб сам.

Жаль, хороший был парень. Но спасибо, что убил этого урода.

Подрабатывал я в этом же доме, в подвале, упаковщиком. Якудза, организовали там целое предприятие, выдавая свою продукцию за известную фирму. Мне выпала честь, упаковывать джинсы в коробку и перетаскивать её к лифту. Откуда уже продукция расходилась по магазинам.

Привёл меня в этот подвал, сосед по коридору. Я прожил уже два месяца там и как-то невзначай спросил, где можно подзаработать.

Работа была не особо пыльная, правда вкалывали мы каждый день по двенадцать часов. А потом нам на смену приходили новые. Которых мы сменяли утром.

Так, я я прожил полгода, когда в один из дней, когда я закидывал очередную коробку в лифт, ко мне не подошли трое японцев в костюмах. Местная мафия. Якудза.

Двое из тройки могли похвастаться отрезанными фалангами пальца. Где-то провинились. Достаточно сильно, чтобы быть наказанными, но недостаточно сильно, чтобы быть убитыми.

— Гайдзин, пошли с нами, — произнёс японец с целыми пальцами. К моему удивлению, на чистейшем русском языке.

— Зачем? — бросил я коробку в лифт и повернулся к ним.

— Наш босс хочет с тобой говорить, — произнёс мужчина, щёлкая пальцем.

Двое его сопровождающих, сразу же, расстегнули пиджак и положили руки на пистолеты.

— Воу! Тише ребята, — поднял я руки. — Зачем сразу так?

— Бакояро! — воскликнул один из них.

— Фудзакэруна! — огрызнулся я.

— Ой нандзя бокэ, ян-но ка кора! — разозлился этот парень, достав пистолет.

— А ну, заткнулись оба! — прогремел главный. — Гайдзин, не стоит провоцировать нас. Ты жив лишь потому, что нужен боссу.

— Веди уже, умник, — хмыкнул я, отряхивая руки.

Мы дошли до пассажирского лифта, на котором мы сюда и попадали.

Один из японцев вставил небольшой ключик в панель управления, чем разблокировал кнопку верхнего этажа.

Никто не мог попасть на крышу без этого ключа. Все возможные выходы на крышу замуровали давным-давно.

Выйдя в открывшаяся дверь и вдохнув свежий воздух, я с удивлением посмотрел на стоящего передо мной парня. В белоснежной футболке с джинсами и меховой шубе. Увидев меня он радостно улыбнулся и помазал мне рукой.

— Ты ведь погиб? — произнёс я недоверчиво, подходя к нему поближе.

— Погиб, — хмыкнул Дамир. — Но смерть лишь начало. Да и тебе ли не знать о жизни после смерти? Легионер.

— Ты прав, — улыбнулся я. — Про жизнь после смерти я знаю достаточно много.