Тайна замка Эвелин

Поблескивая окнами в лучах заходящего солнца, змейка поезда проворно скользила в горах Таракузы. Прижимаясь к обрывистому склону ущелья и стремительно пролетая по ажурным мостам над быстрыми горными речками, экспресс все глубже втягивался в горы.

Ущелье угрожающе сужалось, как бы стараясь зажать в своих гранитных объятиях стремительную беглянку, но она проворно ныряла в туннель и появлялась с другой стороны скалы, продолжая свой бег.

Рут Горн стоял у окна вагона, любуясь суровой красотой этого края, неприступными скалами, бешеной неукротимостью седых клокочущих потоков, дикой прелестью редких деревьев, цепко держащихся корнями за еле заметные трещины в граните.

Маленькая станция Лоретта. Горы отступают от железной дороги, давая возможность разместиться небольшому поселку из нескольких десятков живописных домиков, которые как бы прилепились к скале.

Поезд стоит здесь одну минуту, и как только Рут покинул вагон, вновь устремился вперед, исчезая в очередном тоннеле. На станции безлюдно, лишь один полицейский сержант появился на платформе.

— Господин Горн?

— Вы не ошиблись.

— Старший инспектор Рубер поручил мне встретить вас, прошу пройти к машине.

Полицейский взял из рук Горна чемодан и они направились к стоящему у станционного здания автомобилю. Машина рывком тронулась с места и выехала на извилистую горную дорогу.

Полицейский сержант-рослый здоровяк, из-под форменной фуражки выбиваются непослушные пряди рыжих волос, его широкое лицо с крупными чертами выражает добродушие, свойственное смелым и сильным людям.

— Вы местный? — спросил Горн своего спутника.

— Да, — его руки с ювелирной точностью поворачивали баранку, строго повторяя причудливые изгибы шоссе.

— Странно, зачем я понадобился Руберу, что за чудеса происходят в вашем замке?

Лицо сержанта помрачнело, некоторое время он молчал, обдумывая, по-видимому, ответ.

— Да чертовщина какая-то… Не знаю даже, как вам объяснить. Не то духи, не то привидения завелись.

— Вот как? Значит, полиция занялась ловлей привидении?

— А вы не смейтесь. Сколько я служу в полиции, ни о чем подобном не слышал.

— Гм… Так что же там все-таки происходит? Честно говоря, я не особенно верю в сказки о привидениях.

— Какие там сказки. Три покойника за неделю и никаких следов убийцы. И все в этом проклятом замке Эвелин.

Сержант замолчал. Разговор явно не клеился. Машина всей мощью заключенных под ее капотом лошадиных сил карабкалась все выше в горы. Сразу после захода солнца стало темно. Яркие лучи фар вырывали из мрака белые столбики ограждения, которые веселой гурьбой бежали навстречу машине. Иногда дорогу преграждали отвесные скалы, и казалось, что дороги дальше нет, но руки сержанта в последний момент поворачивали рулевое колесо, и машина почти вплотную проходила около гранитных исполинов по узкой ленте асфальта, вьющейся вдоль бездонной пропасти.

Неожиданно появилась полная пуна и серебристым светом озарила окрестности. Теперь горы отбрасывали длинные тени, что придавало пейзажу какую-то фантастическую нереальность. Еще несколько поворотов, и перед взором Горна возник совершенно сказочный силуэт средневекового замка, венчающего остроконечную скалу. Его башни, устремленные ввысь, резко очерченные призрачным лунным светом, создавали впечатление легкости и воздушности. Казалось, замок был высечен из скалы и являлся ее логическим завершением.

— Замок Эвелин, — нарушил молчание сержант.

— Мы едем прямо в замок?

— Нет, господин старший инспектор ждет вас в Талоне, это здесь неподалеку.

Горн не мог оторвать глаз от чарующей красоты замка, который как бы поворачивался к нему разными сторонами по мере движения машины, дразня своей таинственностью и недоступностью.

Долина стала расширятся, в центре ее искрилась в лунном свете беспокойная горная речушка, чуть поодаль — беспорядочная россыпь деревенских домиков, теснящихся вокруг остроконечного церковного шпиля. Машина замедлила ход и въехала на безлюдную деревенскую улицу, провожаемая ленивым лаем деревенских псов.

Машина остановилась у двухэтажного дома, в котором размещались одновременно гостиница, таверна и деревенская лавочка, где можно купить все, что необходимо невзыскательному деревенскому покупателю.

Большая комната таверны утопала в табачном дыму. За грубыми деревянными столами расположились группы крестьян, пьющих пиво из больших глиняных кружек. На столах бутылки виски, незатейливая закуска. За высокой стойкой в конце зала хлопотал толстый трактирщик. Рукава его рубашки закатаны выше локтей, через плечо переброшено полотенце не первой свежести.

При появлении в таверне сержанта и его попутчика разговоры за столиками смолкли. В эту глушь не часто заглядывают посторонние люди.

— Чино, принимай гостя господина старшего инспектора! — бросил на ходу сержант.

Вытирая руки полотенцем, трактирщик поспешил навстречу гостям.

— Милости просим, давно ждем! Разрешите, я проведу вас в номер.

Ульда, встань за стойку!