Т-34 или Tankus soveticus

Американский фермер Кристи любил уединение. В 1915-м году, он, скопив денег, прикупил уютное, далекое от мирской суеты заброшенное ранчо и занялся разведением племенных танков. Денег на то, чтобы проложить к ранчо дорогу уже не хватило, но предприимчивый фермер успешно решил эту проблему. (Знало бы американское правительство, каких сумм и нервов будут стоить ему в будущем невинные сельскохозяйственные забавы Кристи, оно бы не только заасфальтировало всю округу, но и, наверняка, выдало бы инженеру Кристи единовременное денежное пособие в таком размере, чтобы его от счастья немедленно хватил mr. Kondratiy.) Кристи, чтобы быстрее добираться с фермы до города, вывел специальный танк, путем скрещивания обычного с самолетом и автомобилем. Его М.1931, намесившись грязи на проселке, мог выехать на шоссе, сбросить гусеницы и, взревев авиационным двигателем, преспокойненько выдать вполне автомобильные 75 километров в час.

Надо заметить, политическая обстановка в те годы была так себе. По угомонившейся Европе и даже по тихой сонной Америке сновали торгпреды Советской России в поисках всяких полезных вещиц. Иностранцы, неровно дышавшие к советскому золотому запасу, все же недолюбливали коммунистов за несговорчивость во время Интервенции, а потому держали их за дураков и продавали всякую ерунду. Однако ведомые чуткой рукой товарища Сталина, торгпреды стойко держались за дураков, ибо твердо знали: усыпив бдительность буржуев, можно выцыганить у них что-нибудь действительно ценное. Так, под видом племенных тракторов, и была вывезена в СССР для разведения пара проданных инженером Кристи М.1931.

В СССР М.1931 попали в Харьковский Паровозостроительный заказник (ХПЗ), который к тому времени сменил профиль и занимался выведением новых пород танков для нужд Красной армии. Танкам в ХПЗ понравилось, они прижились, дали потомство, и вскоре советские селекционеры рапортовали о выведении экспериментальной породы БТ, пригодной для разведения в масштабах всей страны.

Работники ХПЗ, окрыленные успехом, попробовали, памятуя прежний профиль заказника, скрестить БТ с бронепоездом. Получившийся многобашенный экземпляр не прижился, потому как во время езды по дорогам крутил башнями во все стороны, отвлекался и часто попадал в аварии. Один ответственный работник предложил было вывести путем длительного скрещивания полноценный колесно-гусеничный бронепоезд, но товарищ Сталин идеей не проникся, отправил ответственного товарища разводить оленей за полярным кругом и приказал дальнейшие усилия направить на выведение породы танков, более устойчивой к климату и условиям СССР.

БТ тем временем расселились по всей территории страны и почти каждый год на полигонах РККА проходили соревнования в скачках с препятствиями. На международной арене БТ тоже выглядели достойно. Советская команда наездников на БТ взяла главный приз на «Халхингольском родео ’39» и в том же году на скачках в Польше поделила первое место с немцами. Успех необычайно вдохновил Иосифа Виссарионовича. Говорят, он даже хотел подать заявку на участие команды БТ в ралли «Париж — Даккар» 1941 года.

Тем временем в ХПЗ дало потомство очередное, седьмое, поколение БТ. Детище Кристи постепенно адаптировалось к советским условиям — у появившихся на свет маленьких бэтэшек-мутантов (так и назвали подвид — БТ-7М) вместо бензиновых моторов выросли дизели. Бегали они еще резвее и дальше своих родителей, но настолько резво уже не надо было никому, и после победы над российскими расстояниями решено было бороться за адаптацию к российским холодам. Зимой 1939-40 годов в ХТЗ родились близняшки. Все работники заказника измучились, выхаживая младенцев, когда у тех начали резаться ведущие колеса и катки мудрости. Когда они орали по ночам, их, подвесив на заводском кране, «на три-четыре» всем цехом раскачивали из стороны в сторону и пели известную советскую колыбельную «На границе тучи ходят хмуро». Когда встал вопрос о названии танка, измученные харьковчане сразу предложили Т-34.

Танчики быстро росли, на местном сале и горилке ожирели, откормили себе башни шириной в корпуса, а сами корпуса залезли жировыми складками на гусеничные полки. Шкуры загрубели и стали в три раза толще прежнего, а на случай нового родео в Монголии по приказу товарища Сталина даже вывели специальную породу Т–34, скрещенную с верблюдом, которая возила с собой запас солярки в двух баках на спине.