Связанные в Академии (СИ)

Вряд ли можно охарактеризовать мое жизненное дно парой слов. Нет, это был шквальный ураган проблем и долгов, которые утянули меня в Марианскую впадину, попутно утопив все надежды на хорошую карьеру помощницы королевского лекаря. Тому очень срочно требовался ассистент с врожденным талисманом Воды. И ведь неделю назад, я числилась выпускницей Академии Целителей Шперха и могла готовить свою лучшую мантию для церемонии посвящения, которая была совсем на носу. Но рок, судьба, еще не пойми какая свистотень, вмешались в годами создаваемый план и всплыли булькающими зловонными пузырями на репутации юной адептки Виссарии Кирц.

То есть меня.

Моя мама, хоть и была дворянских кровей, но заимела дочь в запретном браке. И ведь никто не посмотрел тогда на украшенные отметинами из имен запястья двух влюбленных, двух сильных магов из противоборствующих королевств. Выгнали из семей и наложили Тишину.

Я же появилась у моих родителей случайно (хотя все ведь знают, что случайностей не бывает): люльку прибило к берегу, где рыбачил мой будущий папа — Алвадий Кирц. О пропаже младенца в маленьком королевстве никто не сообщал, и Кирцы решили, что это судьба, оставили меня себе.

К отрочеству я уже хорошо знала, о чем стоит говорить, а о чем — нет. Мама — Касса Ларус — позаботилась о том, чтобы Тишина никогда не коснулась меня. Своих детей они так и не смогли завести. Сила же их магии была так велика, что легко позволила бы разрушить проклятье, но ради меня они пошли на жертвы. Оставили лишь магическую лазейку, чтобы я могла легко навещать родной дом, круглую сумму в золотых в одном уважаемом банке, где служил старый друг семьи по былым временам, да прописку у дядьки Мара Ларуса, который и числился моим опекуном.

И все шло идеально! Все шло просто великолепно! Пока не наступило мое двадцатилетие, и эта чертова метка не вылезла на пятке!

Мурниш.

Долго я всматривалась в метку со странным именем через зеркальце. Та была выведена под кожей чернилами Судьбы — черными, как самая сильная магия в нашем мире — магия Жизни. Ведь только темные маги могли возвращать к жизни любое создание нашего мира. Чернилами такими же черными, как и у моих родителей. И я прекрасно знала, что хоть до кости срежь, а не поможет — метка проявится снова. И все тут!

И что теперь мне делать?

Где искать этого Мурниша?

А если это окажется сын соседнего мельника? Или старик наконец-то дождавшийся взросления своей истинной половинки, что связана с ним магией навечно?

Последнего я боялась больше всего. Ну не собиралась я выходить замуж так скоро. И тем более за старика! Хотя ведь я была целителем, так что Судьба могла надо мной бесчувственно пошутить, соединив с увядающей линией жизни, чтобы я училась поддерживать искру в моей половинке.

И ведь придется учиться, а еще полюбить. Связанные делят свою линию жизни на двоих — оборвется одна, оборвется и вторая.

Сначала я хотела рассказать маме, но потом, хорошенько подумав, решила, что не буду пока ничего предпринимать. В конце концов, встреча Связанных может состояться через года, а значит, я пока могу позволить себе вернуться к своей прежней жизни.

Поэтому я открыла шкаф и достала парадную выпускную мантию. Накинула на себя и взяла из шкатулки родительский подарок — изящную старую брошь в виде золотого феникса и заколола ей ворот мантии. Как рассказывала мама — это украшение принадлежало ее матери, моей бабушке.

— Красавица, — радостно произнесла мама, заглянувшая в мою комнату. — Будешь на выпуске самая красивая.

— Мама, конечно, я для тебя самая красивая. Но для целителя важнее другое...

— Быть скромной. Быть терпеливой. Быть милосердной, — повторила заученные постулаты высокая белокурая красавица и улыбнулась. — Я знаю, милая. Но ведь никто не говорил, что при этом ты не должна быть еще и красивой. А твои волосы — настоящий медовый шелк. Давай я заплету косу.

Я улыбнулась своему отражению и откинула волосы на спину, а потом присела на кровать, чтобы маме было удобнее плести косу. От материнских прикосновений стало так хорошо, и... грустно.

Скоро мне придется покинуть родной дом насовсем, перебраться к дяде, получить диплом целителя и заняться поиском работы. А еще окончательно стать взрослой.

С меткой Связанных на пятке.

— Мам, я тебя очень-очень люблю, — произнесла я вслух, и ласковые мамины руки сразу же обняли со спины.

— И я тебя, котенок. Как же ты быстро выросла. Скоро за тобой женихи в очередь будут становиться, а мы с папой даже толком отогнать их не сможем, — голос мамы дрогнул, и я услышала ее всхлип.

— Ну, мам, ну что ты... Говорят, что мирный договор между королевствами — вопрос времени, а значит, и нашей семье скоро не придется прятаться в забытой богом деревеньке.

— Я молюсь об этом каждый день, дочка. — Мама не выпускала меня из своих объятий. — Не забывай нас.

Я развернулась и крепко обняла ее в ответ.

— Никогда не забуду.