Связь: рассказ о любви, утрате и блокчейне

Ловушку для автомобиля Алина расставила у загородного дома отца.

Когда подоспело время, она натянула сапоги от Nokian, взвалила на плечо рюкзак и вышла в лапландское монохромное утро: подтаявший снег, тёмные иззубренные сосны, серое озеро. И — наконец-то! — свежий воздух. Алина никогда, даже в детстве, не могла уснуть в этом пропахшем плесенью доме.

Она бы и не вернулась, но для ловушки местность подходила как нельзя лучше. Зоны слабого покрытия сети: искусственному интеллекту автомобиля придётся работать автономно. Никаких свидетелей. Никакого интернета вещей, обменивающих данные сенсоров на токены. Когда-то давно, впрочем, отец в шутку прилепил на окно жёлтый стикер: «Вас снимают скрытые камеры». Таков он был весь: одна поверхность, никакой глубины.

Поездку Алина заказала по одноразовому идентификатору автоблокчейна. Приложение в очках дополненной реальности рисовало иконку машины, ползущую по изгибам лесной дороги. Через две-три минуты дорога упрётся в озеро и круто повернёт направо. Знак поворота Алина днём ранее тщательно уляпала крохотными мазками белой краски: человек и не заметит, а сети для распознавания изображений классифицируют знак как дерево.

Под сапогами трещал лёд, тонкий, как стекло. Как будто кусок льда стыл и в груди.

Вдруг остро захотелось позвонить Сини, услышать её голос. Время ещё терпело. Тапани как раз везёт её в детский сад. Алина не видела дочь почти две недели, с тех самых пор, как начала охоту.

Стянув варежки, она вынула телефон, мазнула по экрану. В глаза бросился бледный ободок кожи вокруг пальца, где когда-то сидело кольцо, и все колебания как ветром развеяло.

Телефон — в карман. Автомобилю крышка, и не колышет.

Натянув на лицо лыжную маску, она перешла на трусцу. Добежала, немного согревшись, до наблюдательного пункта за толстой сосной близ поворота. Открыла приложение, из которого управлялась глушилка в рюкзаке, и приготовилась.

Лесную тень полоснули фары. Затем выскользнул сам автомобиль, приземистый и гладкий.

Время замедлило ход. От сосны шёл влажный, густой дух. Рот Алины, витровеганки, наполнился слюной. Какой-то древний рефлекс. Должно быть, то же самое чувствовали охотники, завидев добычу.

У поворота автомобиль сбросил скорость. Алина знала, как он видит мир: облака лидарных точек, потоки данных от датчиков интернета вещей, идентификаторы блокчейна, — и алгоритмы предсказывают, где всё будет находиться через секунды, минуты, дни. Прошлое, настоящее и будущее в одном флаконе. Простенький эсплоит с дорожным знаком показался Алине смешным. Автомобиль не клюнет, и план провалится. А она даже не думала, какой назвать адрес.

Автомобиль не повернул. С хрустом ломая лёд, он въехал прямиком в озеро. Алина мигнула приложению. И без того еле живая сеть, спасибо рюкзаку с генератором помех, умерла вовсе.

Алина кинулась к добыче. Это был «Мерседес» модели 2020-х, призванный навевать мысли о роскоши: серебристый отлив, плавные обводы. Он частично ушёл в озеро, но задние колёса остались на берегу и бешено крутились. В воздух летели снег, лёд и галька. Двигатель тонко, жалобно завывал — ни дать ни взять раненое животное.

А потом, к ужасу Алины, автомобиль пополз назад.

Она бросила рюкзак и, подскочив, изо всех сил налегла плечом. В левом бедре что-то порвалось, его прострелила боль.

Сапоги скользнули было по снегу, затем нашли опору. Автомобиль оказался на удивление лёгким: и в самом деле, к чему прочный корпус, если аварий не бывает? Стараясь отрешиться от острой боли в ноге, Алина затолкала его в чёрную воду.

Двигатель заглох, но фары не погасли. Автомобиль плавал, покачиваясь на волне. Блямба лидара на крыше продолжала вращаться.

Он был ещё жив.

Алина рухнула на колени. В глазах роились мушки. Перед внутренним зрением, словно она подключилась к четырёхмерной зрительной системе автомобиля, промелькнуло прошлое. Охота. День, когда она впервые встретила эту серебристую сволочь.

Тапани предстоял первый день работы в игровой компании, а Сини их задерживала.

— Я. Не. Хочу. Надевать. Сапоги!

Дочь топнула ногой.

Алина вздохнула. Встав пораньше, она приготовила детскую коляску, собрала игрушки, запасную одежду: съезди-ка в город на целый день. Тапани всё это время спал. Сейчас он стоял в коридоре, погрузившись в дополненную реальность, с отсутствующе-недоумённым выражением на бородатом лице. Очки с толстой оправой, чёрный костюм, толстое пальто, — филин, да и только. Из его руки вяло свисал муми-троллий рюкзак Сини.

— Сини, мама считает до трёх. Раз, — сказала Алина резче, чем хотела.

— Нет! — крикнула Сини. Из её ноздри выглянула сопля.

— Два, — сказала Алина. У неё болела голова.

Одной ей не справиться. Почему Тапани не поможет?

Она потёрла большим пальцем кольцо. Зелёный свет диода на нём успокаивал. Когда Тапани предложил обменяться кольцами верности, — он даже встал на одно колено, — она расхохоталась. Но потом поняла, что это-то ей и нужно.