Связь

Длинные тонкие пальцы Саши медленно покручивали кольцо с большим бриллиантом, звонко стуча им по стеклу витрины. Митенки1 из тонкой кожи под цвет портупеи делали ее руки еще более утонченными и скрывали ладони. В то время, пока она небрежно опиралась всем телом на витрину, облаченные в зеркальную плитку стены и потолок отражали ее со всех сторон.

Модельная фигура и тонкие черты лица, обрамленные каштановыми прядями, моментально притягивали к себе взгляд, но все остальное кардинально не сочеталось с природными данными. Длинные волосы были наспех замотаны в небрежную гульку и спрятаны под армейскую кепку, узкие джинсы с высокой посадкой почти до колена закрывала удлиненная рубашка, а тяжелые ботинки были сношены до металлических вставок под кожаными носами. Если бы не портупея, подчеркивающая талию и грудь, ее можно было бы перепутать со смазливым долговязым парнем. Дополнением к старым ботинкам служил допотопный телефон из прошлого века с исцарапанным противоударным корпусом. С такими сейчас ходили разве что подростки, которых родители наказали за двойки в четверти, а все остальные давно обзавелись смарт-браслетами с проецируемыми экранами, полностью заменяющими телефон и планшетный компьютер.

В пустом зале снова раздался звук столкновения драгоценного камня со стеклом, и продавец-консультант, сдержанная, статная женщина, чуть заметно передернулась.

Саша еще раз примерила кольцо на безымянный палец, фыркнула и воткнула его обратно в родную подушечку.

– Дайте мне УК типа «ba» шестнадцатого диаметра, – Саша не чувствовала дискомфорта за обманутые ожидания продавца. Подумаешь, она так и так стояла бы за прилавком с побрякушками.

– На гражданское лицо или У…

– Управление, – отрезала Саша.

Хромированное кольцо удаленного контроля типа «bail arrest2» в обиходе давно получило прозвище «Укуба3». Оно было существенно тяжелее даже того, с огромным бриллиантом, что Саша примеряла минуту назад, но и ответственность, прилагаемая к кольцу, была выше.

– Мне необходимо подтвердить Вашу личность, – продавец потянулась за считывателем.

– У меня нового образца, – Саша расстегнула пуговицы на левом манжете рубашки и сняла митенку. Вместо привычного штрихкода на ладони между большим и указательным пальцем чуть виднелся давно затянувшийся шрам, который было легко перепутать с ожогом, если не знать, что это.

Продавец явно недоумевала. Она была готова снова достать планшеты с кольцами, пока не вспомнила, по какому поводу к ней пришел клиент. Вновь расстроившись, что на премию в этом месяце уже можно не рассчитывать, женщина жестом руки предложила пройти в сторону прилавка со сканером.

Искусно выполненный стационарный сканер с первого взгляда казался подсвеченным зеркалом на ножке, но, пройдя мимо, понимаешь, что это лишь ободок на тонком стержне, в котором по всей окружности горят голубые лучи, направленные внутрь круга.

Как только пронизывающие голубые лучи коснулись вшитого в руку чипа, ожила голограмма скрытого монитора, на котором высветилась фотография Саши с номером страхования и информацией о занимаемой в Управлении должности. Продавец просканировала кольцо, и операция на покупку была одобрена. Саша поправила митенку и застегнула манжет.

Забрав свою покупку, девушка поспешила к служебной «Тесле». Под яркими весенними солнечными лучами на лобовом стекле, как россыпь драгоценных камней, сверкали мелкие капли, напоминая об утреннем дожде. «Надо загнать на мойку, а то Дэн обязательно ляпнет что-то в своем духе. Незачем давать ему повод», – толстяк с работы, в целом, был немногословен и не очень общителен, но для Саши у него всегда находилась грязная шуточка или неуместная острота.

Автопилот старенькой модели авто нередко барахлил на трассах, но по городу ездил вполне прилично, поэтому, решив допить утренний, уже холодный кофе, взятый из дома в эко-кружке, Саша села на заднее сидение, скомандовав «Тесле» ехать в контору.

Хромированное кольцо, которое Саша везла на работу, – путь к повышению: быстрый, но нелегкий. С тех пор как произошел последний правительственный переворот, страной стал править сенат, который определил людей как ценнейший ресурс, и правила правосудия существенно изменились. Теперь действовал принцип предотвращения преступлений, и для самых гнусных мыслей был только один путь – электрический стул, ведь так получается сохранить жизнь порядочных граждан и упразднить расходы на содержание заключенных.

За десятки лет новая система стала работать как часы: количество тюрем уменьшилось в разы, а суды стали открытыми, с неограниченным числом присяжных, но настолько громкими, что сравнивались по резонансу с гастролями мировой звезды в деревне.