Свободное падение

Дрожа как заяц, Стенли наблюдал за шествием Охотника по коридорам компании. Под длинным чёрным пальто массивные плечи колебались механической волной, порождённой соитием металла и плоти. Стенли были видны те места, где смещённые, усовершенствованные суставы ходили ходуном под покровом тяжёлой ткани. Невидимое лицо спеленала тьма под полями старой шляпы — лицо, зарешеченное переплетениями ржавого сплава.

В кулаке Охотника покачивалась коричневая сумка.

Стенли Паркер стоял в рядах сотрудников и с приближением шагов Охотника зажмурился. Когда он наконец приоткрыл глаза, у одного из коллег хватило духу улыбнуться.

— А как по-твоему, Стен? Головой вперёд или ногами?

Ближайшие к ним в толпе ухмыльнулись.

— Головой, о чём тут спорить, — встрял другой, когда сумку наконец всем стало видно.

В глубине извилистого коридора всё выходили и строились другие сотрудники, вызванные смотреть на зловещее шествие. Они рядами жались вдоль стен, подальше с дороги киллера.

— Тоже радость вытаскивать из лаборатории на это смотреть, — сказал Стенли.

— Перекур никогда не лишний, — отозвался первый.

С приближением Охотника они притихли. На днище холщовой сумки отпечаталось человечье лицо. Кровь, ещё не свернувшаяся, сочилась сквозь боковой шов и изредка падала на замызганный пол тёмными густыми багровыми каплями.

Охотники кормились за счёт таких вот представлений, и Стенли не сомневался, что и этот нёс в себе смерть не хуже прочих, усовершенствованный и модифицированный до той степени, когда почти не оставалось ничего человеческого. От мысли этой у Стенли свело желудок.

Ужас ходил здесь за всеми следом. За теми немногими сотрудниками, кто ещё пытался храбриться, компания даже сейчас следила своими электронными глазами. Всё контролировали Испытатели, выискивая малейшие признаки недовольства.

Улыбки вокруг исчезли и сотрудники рядом со Стенли протрезвели; каждый задумался о своём. Вот, ещё один решился всем рискнуть и бежать из компании. Некоторым в прошлом удавалось выбраться в город, но не более того. Рано или поздно их находил кто-то из Охотников.

Стенли поймал себя на том, что не мог отвести глаз от покачиваний головы. Чувство потери вернулось с новой силой. Всё, что было связано с Анной, пронеслось перед глазами. Вспыхнули в памяти спокойные, тихие минуты, когда казалось, что хоть один раз можно ни о чём не задумываться. Он всё ещё помнил её лицо. Подумал о мягкой, податливой её плоти и о том, как немыслимо была она хороша.

— Стенли, — сказал тихонько один сотрудник, — пора в лабораторию. — В тоне была нотка сочувствия: он был знаком с Анной.

Стенли оправил неухоженный костюм. Толпа разбредалась по своим местам, коридор пустел.

— Ты прав. Пора.

В своей комнате-одиночке Стенли сел на постель. Мгновение ему всё ещё чудилось, что Анна лежит рядом, но горячее её сонное прикосновение уже улетучивалось. Непроизвольно рука его сжала тонкую подушку. Он уже привык к этой тупой боли. Он уже привык к безнадежности. Куда денешься, привыкнешь.

До встречи с ней он ещё мог не обращать внимания на пустоту. А она всё изменила. В непередаваемые минуты они вместе познали то, о чём здесь никто не отваживался говорить. Сколько раз в этой самой постели голова её тяжко лежала у него на груди, и он чувствовал, как отступает вечное напряжение. Она открыла в нём человека, мужчину. Они редко разговаривали, и теперь его мучила мысль, что надо им было больше проводить времени вместе. С него было достаточно ощущать, как кожа её обволакивала его собственную. Самой безнадёжности их любви уже было достаточно, чтобы превозмочь боль их маленьких жизней.

Стенли поднялся, чувствуя ногами горечь холодного пола. Он заправлял постель, а думал всё о ней. Костюм лежал расправленный на столике, чтоб не помялся до следующего рабочего дня.

Стенли знал, что наверху его благонадёжность не подвергается сомнениям. Теперь в его присутствии коллеги почти всегда замолкали, редко осмеливались при нём высказывать шёпотом своё недовольство. Везде ходили слухи, что Испытатели уготовили Стенли большие дела. Он был образцовый работник, лицо компании.

Он укусил себя за кулак и улыбнулся.

Стенли подошёл к узкому столбу солнечных лучей, проникавшему сквозь единственное круглое оконце в стене. Лучи согрели его обнажённое тело, и он закрыл глаза и представил, что это Анна.

Скоро опустят силовое поле вокруг здания. Надо приготовиться. Второй такой возможности не будет. Генераторы отлаживали редко, и процедура эта всегда была недолгая.

Он подошёл поближе к свету.