Свинцовый закат

Как же быстро Египет погружался в ночь…

Алан Сандерс не мог оторвать глаз от манящей полоски затухающего горизонта. Три пирамиды, одна выше другой, черными треугольниками заграждали тоскливую пустыню близ Каира, а молчаливый Сфинкс охранял покой погруженного во тьму некрополя.

Какое величие!..

Алан Сандерс затаил дыхание. Смел ли он даже представить ещё год назад, что сможет увидеть всё это не на рисунках и фотографиях, а воочию? Какой же удачей было попасть в экспедицию к известному профессору рисовальщиком и окунуться в мир древних тайн, скрытых песками и молчанием истории.

Нет, теперь, когда заканчивалось девятнадцатое столетие, в Британии невозможно было найти ничего подобного! Там не осталось ни тайн, ни загадок. Руины замков уподобились скелетам мертвецов — их разъедало время. А здесь, на месте некогда великого Мемфиса, даже спустя тысячелетия все дышало жизнью. Пирамиды не были подвластны времени, ведь они бессмертны!

До чего же были глупы и суеверны местные арабы, раз считали, что по ночам полчища джиннов витают вокруг пирамид! Старушечьи сказки, «Тысяча и одна ночь»! Эти россказни только отвлекали от настоящих тайн и портили впечатление от грандиозных строений.

Как хорошо было прогуливаться по плато ночью, когда здесь не суетились члены экспедиции, не кричали рабочие, и не был слышен стук их орудий. Тишина и прохлада, такие желанные днем, наступали только с заходом солнца, и можно было остаться одному посреди величественного безмолвия памятников ушедшей в вечность цивилизации.

Из пустыни послышался вопль шакала, и Алан Сандерс невольно вздрогнул. Глупый зверь нарушил его единение с высоким и непостижимым. Мужчина и не заметил, как на небе уже взошла луна, тускло осветив искалеченный лик Сфинкса, чья фигура по грудь утопала в песке.

Какими же варварами нужно было быть, чтобы совершить такое? Чем эта древняя статуя заслужила себе отколотый нос?! Кто бы ни был тем вандалом, суфийский фанатик или солдат наполеоновской армии, этот человек совершил преступление против человеческой истории и её памяти!

Шакалий лай стал просто невыносим, и Алан решил последовать к источнику звука. Должно быть, животное кто-то потревожил. Лишь бы это не оказались презренные воры из деревни. Расхитители — вот угроза мемфисского некрополя, как во времена фараонов, так и сейчас.

Решительным шагом Сандерс двинулся в сторону пустыни. В кромешной тьме, разбавленной лишь лунным светом, он не увидел ни людей, ни шакала, да и вой неожиданно прекратился. Алан уже подумал возвратиться обратно, поближе к пирамидам, как заметил что-то ослепительно белое вдалеке. Бесформенной массой оно колыхалось, то приближаясь, то отклоняясь в сторону. В голову Сандерса полезли нехорошие мысли о джиннах и призраках. Мужчина изо всех сил напряг зрение, но не смог различить ни одной черты непонятного, и оттого немного пугающего создания. С четверть часа он наблюдал как белесое облачко, отчетливо выделившееся в темноте, блуждало по пустыне. И вдруг неожиданно оно пропало, исчезло, словно растворилось в черноте.

Ещё долгое время Алан Сандерс не мог прийти в себя. Он ждал, что нечто появится в пустыне вновь, но вот уже рассвет окрасил грани пирамид и лицо Сфинкса медным налетом, но ничего необычного так и не произошло.

На следующий вечер, забыв об утомительном рабочем дне, Алан Сандерс твердо решил провести ещё одну ночь на плато Гизы. Теперь не памятники седой старины занимали его разум. Алан был уверен, что накануне увидел нечто запредельное и не поддающееся пониманию, и оно было не менее завораживающим, чем пирамиды. Чем бы ни оказалось то белое свечение, Алан намеревался узнать его природу.

Шакал молчал, будто вовсе не появлялся возле плато. Пустыня затихла. И вот на небе появилась луна, и её мертвенный свет тут же выхватил белую фигуру, но уже не в пустыне, а рядом с пирамидой Менкаура.

Теперь Сандерс явственно различил в её облике нечто сходное с человеком. Сердце Алана затрепетало. Чтобы там ни было, но оно явно наблюдает за ним.

Переборов волнение, Сандерс рискнул и, не отводя глаз от белой фигуры, сделал несколько шагов навстречу к неизведанному. Кажется, та фигура тоже двигалась к Алану, но застыла на месте, стоило только ему остановиться.

Тревога не проходила, но Сандерс твердо решил, что непременно разберется в увиденном. Покров тайны должен быть сорван! Сегодня или никогда!

Когда до разгадки тайны оставалось 30 футов, Алан замер. Впереди стояла девушка. Никогда в жизни он не видел подобной красоты! Сокращая расстояние шаг за шагом, Сандерс не мог оторвать взгляда от её чудесного лика. Какая светлая кожа, словно свежий снег и даже белее. А черты лица… Алан не мог представить, к какой нации или расе принадлежит незнакомка, но она была несказанно, невыразимо прекрасна. Её белые волосы опускались ниже колен, струясь по таким же белым развивающимся одеждам.

Стоило им поравняться, как от восхищения Сандерс лишился дара речи. Пусть эта девушка и окажется призраком, но она самый прекрасный призрак на свете.