Светлым по Темной

Спокойный равнодушный голос искусника стегал, как ледяной зимний ветер:

— Ты вновь нарушила правила внутреннего распорядка.

— Да, искусник.

— Это третий серьезный проступок за последний месяц.

— Да, искусник.

— Ты недостойна дышать одним воздухом с Мастером.

— Да, искусник.

— Фу, дрянь! — Нога искусника Аррина небрежно пошевелила меня, распростертую на мраморных плитах пола, прикрытых вингарским ковром с длинным теплым ворсом. — Пшла отсюда!

Мои ребра четко ощутили металлические пластины, вбитые в носок дорогого кожаного сапога с отворотами на голенище по последней моде. Тонкий свитер послужил слабой преградой жестким болезненным пинкам и тычкам. Собравшись с силами, я в общем-то и сама желая убраться из кабинета как можно быстрее, кое-как поднялась на подгибающиеся ноги. Качнулась, но устояла и, мысленно воззвав к Увилле,[1] повернулась к выходу. Темные боги, помогите мне: до дверей не меньше десяти шагов, не дайте упасть на глазах искусника!

— Да, кстати о наказании, — задумчиво прошелестел усевшийся в кресло мужчина, наблюдая за моими попытками устоять на ногах. — Мм… третья серьезная провинность… Вот! — Раздался легкий щелчок пальцами. — До конца недели. А теперь прочь!

Я на мгновение захлебнулась потоком ледяного воздуха, связавшего меня с ног до головы инеистыми иголками, и не удержалась от болезненного шипения, поняв, что означает это небрежное «вот». Торопливо проверяю собственные резервы. Точно: ни капли энергии Созидания, Разрушения, Здравия, Вражды, Спокойствия, Переноса… Высосал. Все высосал и даже не поперхнулся. Я вскинула голову и с ненавистью глянула в лицо искуснику, развалившемуся в кресле. Как же обидно! Я копила энергию с прошлого месяца, стараясь по возможности не тратить ее на то, что можно было сделать без магии, руками. И вот теперь все зря. Блокировка сделана очень умело. Нечего и думать, чтобы снять ее своими силами. Придется без магии мыкаться.

— А за этот взгляд еще день без энергии, — холодно постановил Аррин, окинув меня мрачным взором, в котором в равных долях смешались презрение и брезгливое удивление. Его моя ненависть ничуть не трогает, как не интересует Темного Императора возмущение какого-то нищего или бродяги. Понятное дело, что я могу противопоставить его силе?

Прочь отсюда! К счастью, ноги выдержали испытание и благополучно вынесли меня в коридор. Задыхаясь от беспомощной злости и холода, закупорившего горло, я прислонилась к стене, щурясь и роняя редкие злые слезы на каменные плиты пола. Высосана досуха и лишена магии на шесть дней! И за что? За…

— Див! Див, бедная! Что он с тобой сделал? — неожиданно появившийся Тройдэн осторожно взял меня под локоть.

Ну вот.

— Отойди от меня! — задыхаясь, прохрипела я, пытаясь отстраниться. Да куда там! Проще сдвинуть с места императорский дворец, чем вырваться из рук Тройдэна, особенно если он хочет что-то выведать.

— Ты чего? — опешил он, продолжая меня поддерживать.

— Отойди! — беспомощно повторила я.

— Так если я тебя отпущу, ты тут же упадешь! — справедливо удивился Тройдэн, чем обозлил меня еще больше. А то я сама этого не знаю!

— Дурак, себе же хуже сделаешь! — прошипела я, уже не давая себе труда сдерживать рвущееся наружу раздражение. — Аррин вычерпал у меня все, что было, и лишил магии до конца недели!

— Это… это из-за меня, что ли?

— Нет, из-за Темного Императора! обозлилась я. — Поглупее что-нибудь спроси! Да тут… — Я осеклась и насторожилась, различив за стеной какой-то неясный шорох, подозрительно похожий на легкие неспешные шаги по застеленному ковром полу.

— Что? — удивился Трой. — Продолжай!

— Тише! — шикнула я, прикладывая палец к губам и прислушиваясь. Но было уже поздно. Дверь в кабинет Аррина распахнулась с грохотом пушечного выстрела, и на пороге возник сам искусник, возмущенный и рассерженный сверх всякой меры:

— Как? Опять?! Да еще у меня под носом! Еще неделя без энергии!

Небрежный щелчок холеных белых пальцев.

Знакомые иглистые вихри холодными змеями сжали грудь, выбивая из нее воздух и заполняя его место колкими ледяными шариками. Я беспомощно раскрыла рот, силясь сделать выдох и вытолкнуть из легких страшный мертвый мороз.

— Не трогайте ее! — не выдержал Трой, подхватывая меня, вновь начавшую заваливаться на пол. Что же ты делаешь, дурак! И мне не поможешь, и себе навредишь!

— Отойдите, господин Тройдэн, — вежливо попросил Аррин, небрежными пассами вырывая из моей ауры те крохи энергии, что уже успели скопиться после первой экзекуции.

— Я отцу пожалуюсь, что вы ни за что ни про что мучаете Дивену! — горячо возразил мой друг, едва не брызжа слюной в лицо искусника.

— Вы не хуже меня знаете указание Мастера, — медовым голоском заботливого дядюшки мягко напомнил Аррин, продолжая выцеживать из меня энергию. — Вы не должны вступать в контакт с учениками без особой на то необходимости. И уж тем более не должны завязывать длительных и прочных отношений!