Свет во тьме (СИ)

Нью-Йорк всё так же притягивал своих жертв искусственным светом, и они слетались подобно мотылькам, так желавшим прикоснуться к иллюзорному солнцу. Но всё это было не более чем обманкой, дабы наивные мечтатели бесконечно стекались под стены лучезарного города, подпитывая его свежей кровью, идеями и мечтаниями глупцов, верящих в свою исключительность. Впрочем, Барток был совершенно иным персонажем, пусть он особо и не выделялся на фоне других фриков и психопатов, что заполонили улицы некогда прекрасного полиса, но он уже давно познал мудрость, что в этом мире тебе в силах помочь только ты сам.

Лениво паря над городом, давно утонувшем во тьме, он лишь надменно скалился при виде людей, убивающих себе подобных за пару «зелёных бумажек» или же за грамм другой белоснежного порошка. Живя уже не первую сотню лет, Барток давно разочаровался в человеческих ценностях, морали и мнимом гуманизме, окончательно погрязнув в тёмной магии и прочих аспектах чародейского ремесла. Приземлившись на самой высокой точке башни Крайслера, он величественно осматривал новый город, где ряженые герои боролись с «преступностью» и себе подобными. Самодовольно рассмеявшись, очередной гость проклятого полиса надменно заговорил, расплывшись в хищной улыбке:

— Хозяин… скоро я верну вас на эту грешную землю, и никто не уйдёт обиженным! — властно сжимая в когтистой лапке переливающийся ядовито-зелёным свечением цилиндрик, он по-новому бросил оценивающий взгляд на город, утопающий в мусоре и прочих отходах человеческой жизнедеятельности.

Где-то на окраине города уже вовсю кипела битва между очередным героем в маске и двухметровым ящером, что уверенно стоял на задних лапах и, по всей видимости, уже теснил «героя», пытаясь откусить его бестолковую голову. Заинтересовавшись столь разрушительной схваткой двух любопытных ему существ, белоснежный мышонок неспешно спикировал в район, где и сцепились эти двое. С нескрываемым интересом наблюдая за яростной битвой, Барток терпеливо ожидал, чем же закончится бой, дабы и самому поживится тем, что останется. Пусть когда-то мышонок и служил императорскому дому и был существом чести, но те дни давно минули, оставляя лишь расчётливое хладнокровие и цинизм. Цари со временем умирают, империи разрушаются, а кушать хочется всегда, так он однажды и сделал свой выбор, избрав дорогу тёмной силы. Дождавшись, когда ящер падёт, а второй — просто уйдёт, мышонок тихо приземлился над ещё дышащим монстром.

— С кем не бывает. Сегодня ты, завтра тебя. — философски подметил Барток, аккуратно касаясь ящера пылающим болотисто-ядовитым сиянием, что хищно сорвалось с миниатюрного цилиндрика в его лапке. — Ничего личного. Только магия… — спокойно произнёс он, оставляя позади себя белоснежный скелет огромного ящера.

«Зарядив» колдовской инструмент, мышонок беззаботно полетел, напевая какую-то старую песенку себе под нос.

Вскоре показались складские помещения, что напоминали своими квадратами римскую черепаху, но основные склады были скрыты глубоко под землёй. Выбив ядовито-зелёным лучом главную дверь, Барток отправился дальше, словно зная, куда следует повернуть. Спустя пять минут мышонок всё же нашёл столь нужное ему помещение и всё так же лучом из цилиндра выбил очередную хлипкую дверь.

Застыв у искусного чучела неописуемо огромного медведя, он радостно вздохнул, словно при виде старого друга. Утерев скупую слезу, Барток уверенно направил лапку с зажатым цилиндром прямо на хищную пасть медведя, что так и остановился на долгие годы с выражением ярости на хищной морде.

Через мгновение зелёный луч сорвался с маленькой лапки тёмного мага, что едва удерживал ужасающую мощь, высвобождающуюся из цилиндра. Спустя пару минут застывший медведь лениво зевнул, словно и не стоял здесь пару десятков лет. Быстро прогнав былую «сонливость» и увидев перед собой старого друга, он одобрительно зарычал.

— Я тоже рад тебя видеть, мой плюшевый мишка. — Обняв чудище со всей доступной ему нежностью, он вновь расплылся в хищной улыбке. — А теперь ходу отсюда, пока стража не набежала.

Понимающе кивнув, медведь тут же ускорился, по ходу дела разминая давно затёкшие мышцы и набирая чудовищную скорость для своих габаритов, просто идя напролом сквозь кирпичные стены.

Заливаясь радостным смехом, Барток пронёсся мимо озадаченного Человека-Паука, что примчался на вызов раньше полиции и пытался понять, какого чёрта здесь происходит. Проморгавшись пару раз и уже не увидев летучую мышь верхом на медведе, герой устало вздохнул и, немного подумав, всё же решил взять небольшой выходной от борьбы с преступностью, а то вон уже что мерещится.