Сутра Основных Обетов Бодхисаттвы Кшитигарбхи (пер. с кит., комм. Поповцева Д.В.)

«Сутра Основных Обетов Бодхисаттвы Кшитигарбхи» была переведена на китайский язык в конце VII века Шикшанандой. Шикшананда был приглашён в Чанань императрицей У Цзэтянь (624–705), которая правила с 684 по 705 год. Императрица, ревностная покровительница буддизма, заинтересовалась учением Аватамсака Сутры.

Однако старый перевод этой сутры, выполненный Буддабхадрой в 418–420 годах, изобиловал ошибками. Императрицу поставили в известность, что санскритским оригиналом текста располагает наставник Шикшананда, уроженец Хотана,[1] славившийся своей мудростью и учёностью. Откликнувшись на приглашение властительницы, Шикшананда прибыл в Китай. В 695 году он начал работу над переводом сутры. За пятнадцать лет пребывания Шикшананды в монастырях Лояна и Чананя им было переведено около двадцати сутр. Общий объём переведённых текстов составил 110 цзюаней (свитков), из них восемьдесят цзюаней составлял текст Аватамсака Сутры. В работе ему помогали И-Цзин, Бодхиручи и Фа-Цзан, монахи, ставшие позже чрезвычайно известными наставниками.

Скончался Шикшананда в 710 году. В его биографии говорится, что, после того, как его тело было кремировано, обнаружилось, что его язык не сгорел в огне. Этот язык, провозглашённый чудотворным, был доставлен на родину наставника в Хотан, где был заключён в ступу.

«Сутра Кшитигарбхи» обрела чрезвычайно широкую популярность сразу же после того, как был сделан перевод. В Китае её часто называли «Сутрой Сыновней Почтительности Будды» (кит. «Фо сяо цзин») по аналогии с «Канонической книгой Сыновней Почтительности» (кит. «Сяо цзин»), одним из самых почитаемых текстов конфуцианства. Сутра получила такое название в Китае потому, что в ней Будда проповедует Дхарму своей матери, умершей через семь дней после его рождения и родившейся на небе Траястринша.

Разумеется, основной причиной, повлёкшей за собой столь широкую популярность культа Кшитигарбхи,[2] была его функция — избавление живых существ от страданий ада. В странах конфуцианской культуры, где связь с духами предков являлась одной из главных доминант духовной жизни, нормой являлись любые духовные усилия и материальные затраты, направленные на обеспечение своим близким достойного загробного существования.

Кшитигарбха, как его изображает текст сутры, наделён всеми чертами идеального бодхисаттвы-махасаттвы.[3] Все его действия мотивированы великим состраданием.

Движимый этим чувством, он готов принести любые жертвы, дабы спасти живые существа. Он наделён безграничными магическими силами, используя которые, он может совершить любые чудеса. Он в совершенстве постиг все учения, проповеданные Буддой, и обладает глубочайшими знаниями об устройстве мироздания. Он может явить бессчетное количество магически созданных тел, во всём подобных ему.

Словесный портрет Кшитигарбхи, нарисованный безвестным автором сутры, подчинён главной задаче — внушить адепту культа Кшитигарбхи уверенность в нём как в надёжном заступнике и безграничное почтение к нему как к существу, во всём превосходящему богов и духов.