Суеверный

«Superstitious» 1995, перевод О. Кузнецовой

Шарлотта Вильсон смотрит на потолок. Сквозь венецианские жалюзи пробивается бледный желтый свет. Он отбрасывает полосатые тени прямо над ее головой.

«Решетка, – думает Шарлотта. – Тюремная решетка».

Рядом шевельнулся мужчина. Девушка слышит, как он приглушенно срыгивает.

«Послеобеденная отрыжка, – горько думает Шарлотта. – А на обед у него была я».

Над кроватью проносится порыв ветра. Шелестят жалюзи. Ветер свеж и прохладен. Шарлотта вздыхает. В этой квартире такой затхлый воздух! Пахнет жареным луком и застарелым табачным дымом.

– Ты куришь? – спрашивает она, глядя на полосатые тени.

Прохладный воздух щекочет ее влажную кожу.

– Нет. Это у меня из ушей дым идет, – мужчина шутит. – Ты была великолепна.

«А ты нет, – думает она. – Ты был очень тяжел. Я думала, ты меня раздавишь. И что это за дикие вопли в конце?»

Мужчина медленно проводит рукой по ее обнаженному животу. Девушка смотрит вниз и видит белую полоску на пальце, с которого он снял обручальное кольцо.

«Женат? А почему бы и нет? – думает она. – Разве меня это удивляет? Нет».

И как, он сказал, его зовут? Кажется, он сказал, что его зовут Джон?

Рука мужчины опускается ниже.

– Что тебя рассмешило? – спрашивает он.

– Так, мелькнула какая-то мысль.

Девушка поднимается на одно колено. Чешет бедро. «Да я липкая! – понимает она. – Мне нужно хорошенько отмокнуть в горячей ванне. Побольше пару. Так, чтобы он был как туман. Туман, за которым можно спрятаться».

Она внимательно осматривает маленькую спальню.

Его костюм валяется на полу у стены. Белая рубашка перевешивается через открытый ящичек туалетного столика.

Вещи Шарлотты аккуратно сложены на стуле у двери. Юбка лежит на сиденье. Свитер повешен на спинку стула. Колготки тщательно свернуты и лежат рядом с юбкой.

Все продумано. Никаких эмоций.

«Зачем я здесь?» – думает девушка.

– С этой недели я работаю на новом месте, – сообщает она.

Какое ему дело до этого? Зачем я ему это говорю?

Рука мужчины продолжает гладить ее тело.

– Да-а?

Зачем он притворяется? Разве его это интересует?

Шелестят жалюзи. Полосатые тени над головой немного смещаются.

– Ты работаешь в колледже?

Мужчина убирает руку и немного приподнимается, упираясь локтем в подушку. Он встречается взглядом с глазами Шарлотты. Темные глаза. Пытливый взгляд. Влажные волосы падают ему на лоб.

«Он, пожалуй, раза в два старше меня», – думает девушка.

Мужчина улыбается. В уголках его глаз собираются морщинки. «Да он довольно симпатичный! – думает девушка. – Я не такая уж ненормальная».

– Я теперь работаю с одним профессором. Я его секретарь. Неплохая работа. Он вроде бы какая-то знаменитость. Во всяком случае, здесь с ним носятся.

Профессор Лайам О'Коннор. Шарлотта мысленно повторяет его имя. Ей нравится, как оно звучит. Лайам. Такое необычное имя. И такое интересное.

Она знает, что ей не придется звать его по имени. Она будет называть его «доктор О'Коннор». У него темные глаза. Выразительное умное лицо.

Неужели Джон напоминает ей Лайама? Не поэтому ли она оказалась здесь, в его спальне?

Нет, конечно.

Мужчина хихикает.

– Так ты приносишь ему кофе и печатаешь письма? Разве это интересная работа?

Девушка сбрасывает его руку со своей груди. Ежится. Ей прохладно. Венецианские жалюзи шелестят и раскачиваются.

– Он очень интересный человек. Ирландец.

Как глупо это звучит! Ужасно глупо! Ей больше не хочется разговаривать с Джоном. Они достаточно поговорили за пивом в «Кувшине». Или это было в «Пивоварне Майка»?

– Ну зачем я после работы отправилась пошататься по барам студенческого городка? Зачем я позволяю подобным типам клеиться ко мне?

Хороший вопрос, Шарлотта. А теперь сядь, открой записную книжку и напиши эссе сотни на три слов. Назови его «Самооценка».

Нет. Никаких эссе. И нечего себя ругать. Начинаю жизнь заново. Новая работа. Новая квартира на другом конце городка. Новая соседка по квартире.

Мне пора домой.

Девушка поднимается. Скрипят пружины. Она спускает ноги на пол. По выцветшему восточному ковру скользят тени. К туалетному столику прислонен черный дипломат.

– Чем ты занимаешься? – спрашивает Шарлотта.

Девушка вспоминает, что в баре она уже задавала ему этот вопрос, но он не ответил.

– Ты имеешь в виду работу?

– Ну да.

– Ну, то тем, то сем. Немножко того, немножко этого.

Но чемоданчик его выдает.

– Так ты коммивояжер?

– Ну, иногда я что-то продаю. А иногда покупаю.

Звучит очень таинственно. Ну-ну, не проболтайся, Джон!

Мужчина протягивает к ней руку. Горячая шершавая ладонь касается прохладной кожи.

– Иди сюда. Еще рано.

Шарлотта встает.

– Надо идти. Все было прекрасно. Правда.

Обеими руками она откидывает назад влажные светлые волосы.

Потом наклоняется, подбирает с ковра его галстук, вертит в руках, рассматривая темные полоски.

– Очень скромная расцветка, Джон.

Он смеется. Смех у него сухой, больше похожий на кашель.

– Все из-за костюма. Это галстук к этому костюму. Создает определенный образ. Как маска. Мы ведь все носим маски, правда?

«Что до меня, то я без маски», – думает Шарлотта и бросает галстук.