Студентка, комсомолка, спортсменка

Автор выражает благодарность своему любимому писателю Полу Андерсону. Его рассказ «Delenda est» из цикла «Патруль времени» дал толчок к написанию этой книги. Идею того, как можно изменить Будущее, я позаимствовал из этого рассказа. Признаю.

Автор выражает благодарность человеку, подписавшемуся как Надоумов Николай. Его работа по сбору и обработке обнаруженных читателями ошибок и опечаток серьезно помогла при написании второго варианта книги.

Автор выражает благодарность всем читателям, не поленившимся указать мне в своих комментариях на ошибки и неточности в тексте.

Холодно-то как сегодня. Брр. И это несмотря на зимнее пальто и поддетую под свитер шерстяную жилетку. Хотя всего-то ноябрь месяц. По Сетке вчера обещали минус два на сегодня. Наверное, так оно и есть. Но мне все равно холодно. И руки зябнут. Пальцы в зимней перчатке с трудом удерживают костыль.

А без костыля я давно уже не выхожу на улицу. С ним-то еле-еле ноги таскаю. Совсем старый стал. Но нельзя же все время сидеть у себя в комнате! Что я буду есть? Дважды в неделю приходится мотаться к пункту раздачи гуманитарной помощи и часа два стоять там в очереди унылых стариков и усталых, невыспавшихся женщин. И все это для того, чтобы получить невзрачную пластиковую упаковку армейского сухпая с просроченным сроком годности, также просроченную банку собачьего корма и буханку черствого серого хлеба.

Я и этому рад. Выбирать не приходится. Не из чего выбирать. После оплаты жилья и коммуналки от моей пенсии остается сорок два евро с мелочью. Сорок два евро на месяц. Меньше полутора евро на день. А литр самого дешевого молока стоит 84 цента. А булка самого дешевого хлеба – 72 цента. Про настоящее мясо я вообще молчу. Давно забыл его вкус. Хорошо хоть собачий корм дают, пусть и просроченный.

И ведь пенсия вроде бы приличная. Почти 300 евро. Но уж больно за жилье дерут много. Одному совсем невмоготу платить. Мы с Семеном Николаевичем снимаем одну двухкомнатную квартирку на двоих. Вернее, на троих. С Семеном еще и жена его живет, Елена Васильевна. И лишь тремя пенсиями, в складчину, ухитряемся платить.

Не платить же никак нельзя. Приставы придут, последнюю мебель вынесут. А если мебели на погашение долга не хватит, запросто и самого на улицу вышвырнут. Не платишь – живи где хочешь. Хоть на помойке. У нас тут с год назад такой случай был. Сергей Кузьмич, со второго этажа, пошел в аптеку. Жена у него захворала тяжело.

И надо же было ему пойти в дешевую аптеку, что возле салона модной одежды стоит. Пожадничал он в центральную аптеку пройти. А может, не мог там купить. И в дешевой-то аптеке он в тот раз на лекарства потратил почти все деньги, что еще оставались на двух карточках – своей и жены. В дорогой бы и вовсе купить не смог. Лекарства-то нынче ой-ой-ой как недешевы!

Вот только в дешевой аптеке охраны нет, как в центральной. Едва Сергей Кузьмич вышел на улицу с пакетом лекарств, подскочил к нему урод какой-то, кулаком в живот сунул, выхватил пакет да бежать. Сергей Кузьмич, конечно, за ним бросился – деньги-то последние были, да какой там! Ему же 76 лет было, да еще и ноги больные, разве ж угонится за молодым! Метров двадцать пробежал, за сердце схватился да и свалился замертво.

Я почему так говорю, запись я видел. Там же камер понатыкано – куча. Следствие по этому факту завели. Никого не поймали, правда. Но следователь, назначенный нам по Сетке, запись скинул. Видно, надоели мы ему постоянными запросами. Видел я запись. И урода того, из-за которого Сергей Кузьмич помер, тоже видел. Он уже несколько раз мне встречался на улице. Чаще всего как раз возле той аптеки. Думаю, постоянно он такими вещами промышляет.

Странно, правда, что я его найти смог, а следователь не нашел. И ведь не скрывается он нисколько. В открытую ходит по улице и курит. Писали мы про это и в полицию, и в прокуратуру. Ничего. Лишь отписки приходят. Проверим, расследуем, задержим и так далее. Но ничего не происходит. Урод по-прежнему периодически мне встречается.