Стратегия вторжения

Когда лейтенант Галактической Полиции Томас Корнелл узнал о том, что его снимают с оперативной работы в Космическом Отряде и направляют на неизвестную службу в ведомство, о котором никто никогда и ничего не слышал, он с удивлением обнаружил, что не испытывает никаких сильных эмоций. Внимательно выслушав новость от начальника отряда, он подумал, что, в принципе, должен бы оскорбиться и воспылать праведным гневом. Как правило, служебные перемещения молодых офицеров ГП производились лишь в случаях их несоответствия должности. Но Малый отряд № 7, уже третий год успешно руководимый Томасом, с делом выслеживания и отлова космических контрабандистов справлялся вполне достойно. Формальных причин, по которым данное подразделение следовало лишать своего командира, не было. Следовательно, налицо имелась вопиющая несправедливость в оценке работы лейтенанта Корнелла. С другой стороны, думал Томас, следовало бы от самого себя ожидать хотя бы легкого испуга перед новым назначением ― все-таки неопределенность будущего всегда заставляет напрягаться…

Но лейтенант Корнелл не испытал ни возмущения, ни страха. За три неполных года службы в Полиции, куда он был направлен после выхода из Юридической академии, Томас успел здорово разочароваться в своей работе. Она оказалась попросту скучной и… не очень красивой.

Контрабандисты Галактического Союза ― а это были в основном выходцы из планетарных колоний Земной Системы, ― не удивляли оперативников разнообразием методов преступной деятельности. Да и вряд ли они могли придумать что-то необычное в тех условиях, в которых им приходилось работать. Провести на Землю в обход таможни несанкционированный груз ― минуя при этом превентивный досмотр своих кораблей командами космических патрулей на подлете к планете, ― было невозможно. Контрабанда удавалась только в случае организациии изощренно-хитроумных тайников на борту звездолета или прямого подкупа офицеров патруля и должностных лиц космопорта. Правда, иногда еще контрабандисты практиковали дерзкие гиперпространственные «нырки» из Космоса прямо к поверхности Земли, к тайной, заранее означенной точке посадки. Но последнее обычно заканчивалось плачевно: пространственная турбулентность на выходе из гиперкоридора швыряла корабли в землю. Не один из тысяч пустынных островов Малайского архипелага был усеян обломками потерпевших крушение «контрабандных» звездолетов.

Так что вся работа Томаса Корнелла состояла в изучении новых способов организации корабельных тайников, а также создании сети осведомителей ― как в среде контрабандистов, так и среди потенциальных взяточников. Может быть, кому-то такая работа и пришлась бы по душе ― только не лейтенанту Корнеллу. Подсылать сексотов к коллегам из космического патруля или лазить вместе с таможенниками в недрах колониальных звездолетов с индикатором в руках в поисках запрятанного хабара Томасу не нравилось. Никаких достоинств в такой работе он не видел.

И неудивительно. В жилах Томаса Корнелла текла кровь английского аристократа, а подобная наследственноссть и досмотр чужого добра, как правило, несовместимы.

Томас являлся дальним потомком лорда Юведала Томпкинса Корнелла. Того самого лорда, имя которого было очень хорошо известно светской Англии конца XIX века, и вот почему. Во-первых, лорд Корнелл был владельцем средневекового замка, который по отменному качеству седой старины и количеству обитавших в нем привидений стоял на первом месте среди всех остальных замков Европы. А во-вторых, лорд увлекался частным сыском и был героем успешных расследований нескольких исключительно громких преступлений. Говорили, что однажды он схватил за полу пальто самого Джека-Попрыгунчика, но тот сумел вырваться, изрыгнул языки голубого пламени и ускакал в неизвестном направлении…

Томас с самого детства периодически посещал замок Корнеллов. Он со страхом и благоговением взирал на портреты старого лорда, ходил по гулким сырым коридорам, слушал устрашающие заунывные вздохи в глубоких стенных нишах и однажды раз и навсегда проникся любовью к Тайне. К Тайне ― в самом широком смысле этого слова. К Той, ради которой его именитый предок устраивал в своем замке спиритические сеансы и ради которой таился в желтоватом туманном сумраке улиц ночного Лондона, выслеживая злодеев.