Стратегия одиночки (СИ)

Очередная вспышка воспоминаний, подобно молнии, промелькнула перед глазами, вызвав новый приступ нестерпимой боли. Казалось, мой череп готов лопнуть, словно переспелый арбуз. Но моя голова на деле оказалась крепче, выдержав и этот, третий за последние пару минут приступ.

Не спрашивая меня, хочу этого или нет, в мой разум вторгалась чужая память, за секунды буквально утрамбовывая в меня ещё непрожитую мною жизнь. Жизнь чуждую и в то же время мою.

Дни, недели, месяцы, годы.

Мой рассудок не в состоянии был принять и обработать такой поток информации за столь короткий срок. И каждый всплеск, льющейся на меня, словно водопад, памяти, вызывал острейший приступ тяжелейшей мигрени. Сквозь плотно сжатые зубы с моих губ сорвался гулкий стон. Чтобы не упасть, непроизвольно вытянул вперед руку и схватился за что-то. Тут же от моего инстинктивного движения нагромождение строительного мусора, перед которым я стоял, пошатнулось и с показавшимся неестественно громким в окружающей тишине грохотом обрушилось на пол.

Внезапный резкий шум заставил меня замереть на месте. Прикусив нижнюю губу, я опустился на одно колено.

Слабая надежда, что устроенный мной грохот останется незамеченным, тут же развеялась, словно лёгкий дым под ураганным ветром. Где-то внизу раздалось утробное, пробирающее до самых костей рычание, а через секунду послышался звук разрываемого металла.

Холод пробежал от пяток до макушки. Я знал, что значат эти звуки! Страж небоскрёба пробудился и вырвался на волю. Вырвался куда раньше, чем ему было положено.

А меня ведь чётко и ясно предупреждали: «Не шуметь!».

Ещё пару минут назад я бы запаниковал, ринулся прочь, куда угодно, лишь бы подальше от того места, где сейчас находился. Но так бы поступил тот «я», каким я был совсем недавно, до первой накатившей на меня волны чужой памяти.

Повинуясь обрывочным образам, которые возникали в голове, подобно вспышкам, вместо того, чтобы бежать сломя голову, я подошёл к раскрытой шахте лифта и взглянул вниз. В тусклом мигающем свете едва ли можно было посчитать, сколько этажей находится под моими ногами, но благодаря чудом сохранившейся табличке в лифтовом холле, я и так знал, что этажей этих сорок два. И ещё ровно двадцать вверх, что, впрочем, не так и важно.

Едва терпимая боль и всполохи перед глазами сделали то, что не под силу было никаким внутренним уговорам, медитациям и прочим попыткам самоконтроля. Несколько минут назад я паниковал и мысленно орал во всё горло, проклиная и причитая, гневаясь на вселенскую несправедливость, втянувшую именно меня во все это! По сути, бездарно проводил драгоценное время.

Сейчас же все мои чувства сосредоточены на головной боли, и даже вполне реальная угроза быть разорванным на части, а затем сожранным неведомой тварью, отступила на второй план. Тем более, теперь точно знал: в прошлый раз, даже без пакета чужой памяти, с этим испытанием я справился.

“В прошлый раз?!” — Эта мысль показалась странной, но её тут же смыло очередным приступом мигрени.

Квестер рекомендовал не шуметь, ставя передо мной задачу, и к словам этих сущностей обычно надо было прислушиваться практически дословно. Но не в этот раз. Слишком я подставился, вызвав такой шум несколькими секундами ранее. И просто сбежать, поднявшись на пару этажей выше, могло быть мало.

Подойдя к груде строительного мусора, я схватил охапку алюминиевых трубок и скинул их в открытую лифтовую шахту. Вызванный этими действиями грохот оказался куда сильнее того, что я учинил ранее, к тому же он был более длительным и не затихал, пока скинутые мной предметы не достигли первого этажа.

Скорее всего, моя уловка не собьёт обитающую здесь тварь надолго. Но я точно знаю, что охотящееся за мной чудовище не только безмерно сильное, быстрое и опасное, но также и неимоверно тупое.

Знаю?!

Да, информацию об этом монстре я получил в самой первой вспышке воспоминаний. Может быть не стоило безоговорочно верить всему, что в эти мгновения мутным потоком неясного сознания вливалось в мою голову. Возможно, я бы и усомнился. Если бы… Если бы льющаяся на меня чужая память не была бы одновременно и моей. Того меня, кто прожил и пережил намного больше. Всё это неимоверно странно, пугающе и отдаёт приторным запахом безумия. Но после того, что со мной уже случилось, даже подобное не выглядело чем-то выходящим из ряда вон.

Дождавшись, пока грохот внизу утихнет, внимательно осмотрел лифтовую шахту. Казалось, именно она является самым простым выходом из ситуации. Вроде что может быть проще — спуститься вниз по ней, а не продираться по этажам, обходя завалы и ловушки, при этом рискуя в любую секунду быть сожранным. Но квестер чётко сказал, что шахта лифта — “простой путь, часто ведущий к гибели”. В «прошлый раз» я прислушался к его словам.

Опять это “в прошлый раз”?

Не важно.