Страсть Дракона

Кару заводят в комнату с тёплым деревянным полом и ярким освещением, что чувствуется даже через чёрную шёлковую повязку.

Должно быть, сильно ударит по глазам, если её снять.

Она босая, в шёлковом нижнем платье, с закушенной от волнения губой чувствует на себе несколько внимательных взглядов и едва дышит.

Драконы правят миром, и при этом остаются самыми загадочными существами. Они приближают к себе лишь избранных, но по каким критериям — Кара до сих пор не знает.

Ей можно возразить — всё-таки она невеста Заро. Должна знать хоть что-то.

Но, как она понимает, невеста — не жена, до этого ещё нужно дойти, если речь о драконах.

Ей никто ни о чём не говорил.

Но, видимо, она начнёт разбираться в вопросе с сегодняшнего же вечера.

Холодно.

По коже разбегаются мурашки, её бьёт дрожь.

Нужно же умудриться замёрзнуть в одной комнате с…

— Итак, я рад представить вам моё сокровище, — голос Заро обманчиво-мягкий, как всегда. Она, не ожидавшая от него такого обозначения, улыбается. — Её имя Кара. Помните, что она может стать одной из нас. Будьте… поласковей.

Она перестаёт улыбаться, осознавая, что могут обозначать его слова.

О страсти драконов ходят легенды. Как и об их оргиях. Кара понимает: если тебя выбирает один из них, отказаться нельзя, нужно участвовать во всем.

Но не вот так же сразу…

Она хотела провести с ним ночь. Представляла, как это будет. Хотя бы свою первую ночь… Но, видимо, не судьба.

Горячие руки снимают с неё повязку. Свет и правда бьёт по глазам.

Кара с трудом оглядывает комнату и находящихся в ней…

— Да начнётся знакомство, — говорит Заро. — Кара, это Седрик, — он указывает на массивного мужчину с короткими тёмными волосами и шрамом на лице, она улыбается ему, чувствует, что так положено. — Вот этот молодой человек мой племянник, Эрос, — он и вправду чем-то похож на Заро: яркий и привлекательный, но иначе. Более тонкий, вёрткий и… неприятный. Улыбка. — И, наконец, Клаус, — указывает на стройного и красивого темнокожего парня, который улыбается ей первым. Каким-то образом, на мгновение становится легче.

Все они в чёрных халатах, все прожигают её взглядами.

На долю секунды Каре кажется, что она должна знать, как себя вести и от неё будут чего-то ждать, не двигаясь с места, но…

Заро усмехается, дотрагивается до её щеки и говорит:

— Ты прекрасна, с какой стороны не посмотри. Давай позволим остальным убедиться в этом…

Заро разрывает на ней шёлк, но не снимает с неё ошмётки ткани — лишь даёт остальным больший обзор.

Она замирает, мысли о холоде исчезают.

Его горячие руки касаются напряжённого тела, она хочет запомнить эти прикосновения. Именно эти. Пальцы того, кого она — обязательно — будет звать мужем.

Он касается её груди, чуть оттягивает соски, надавливает основанием ладони, шлёпает.

Она шумно выдыхает, не слыша ничего, кроме собственного сердцебиения, что стуком отдаётся в висках.

Заро смотрит на неё так, будто хочет растерзать. Буквально. Будто он сдерживается, заставляя себя ограничиваться шлепками по возбуждённым соскам. Пока что.

Она стонет, чувствуя, как пульсирует и мокнет всё внизу.

Он победно ухмыляется, она замечает искорки в его глазах и судорожно дышит, пытаясь стоять ровно, когда он рукой спускается к животу, добирается до трусиков и гладит жёсткими пальцами поверх ткани.

Все смотрят на то, что он делает и на её реакцию. Это заводит, она не против потерять девственность под взглядами трёх драконов, лишь бы они оставались там…

Но вот Заро отстраняется со словами:

— Убедитесь сами в ее качествах.

И его сменяет Седрик с внимательным и тяжёлым взглядом и мозолистыми грубыми руками.

— Ты не должна так мёрзнуть здесь, — говорит Седрик, и по тону она понимает, что это замечание.

Желание начинает угасать. Тот, о ком она думала больше месяца, с тех пор как узнала, какая роль ей уготована, сидит в кресле и наблюдает, как другой касается её кожи.

Это драконы, напоминает Кара себе. У них другие обычаи. И к этому нужно привыкнуть. В конце концов, Заро помог её семье, когда впервые появился в её жизни, она должна быть благодарной.

Седрик касается её скорее как врач или покупатель, чем любовник. Он гладит грудь, шею и живот, встаёт сзади, снимает с себя халат и прижимается к её спине горячим, будто раскаленным торсом.

Она смотрит в глаза жениху и полуулыбается.

Когда Седрик мнёт грудь, когда сдавливает внутреннюю часть бедра, когда перебирает пальцами мокрую ткань трусов, когда начинает имитировать толчки в неё, впиваясь зубами в её шею.

Вместо крика с губ срывается стон, его пальцы надавливают куда нужно, и он не заходит слишком далеко…

Она откидывает голову ему на плечо, пытаясь устоять. Он шепчет что-то на незнакомом ей языке. Всё сбивается в кашу, как во сне, ей кажется, что она понимает его слова, но в следующую же секунду знание пропадает, рассыпается по полу смазанным толчками.

Кара находит его пальцы даже слишком умелыми, но Седрик отстраняется до того, как это мысль приходит в голову ещё раз.