Страшилки

– Сунь, а, Сунь, – протянул Линь. – Ну, расскажи что-нибудь.

– Что тебе рассказать? – проворчал Сунь, с глубокомысленным видом помешивая кипящее варево в закопченном котле.

– Страшилку расскажи, – предложил Линь. – Ты в России бывал, многое повидал. Тайгу видал, Сунь?

– Нет, Тайгу не видал. Пеньки видал.

– Расскажи страшилку, Сунь, – не унимался Линь.

– Вот же заладил! – фыркнул Сунь. – Скоро кушать будем.

– Да не скоро еще. Ты даже рис не сыпал. Расскажи что-нибудь.

– Ну, ладно, – сдался Сунь, еще раз помешав варево в котелке и принюхавшись к поднимающемуся с паром аромату. – Слушай.

– Наслышана я о вашей братии, – проворчала Анжела, с недоверием глядя на собеседницу. – Мошенник на мошеннике. Сразу говорю – со мной этот номер не пройдет.

Сидящая напротив старуха бросила на Анжелу быстрый взгляд, и вновь опустила глаза на страницы старинной книги, лежащей перед нею на столе. Выдержав паузу, она спросила:

– Зачем тогда пришла, раз не веришь нашей братии?

Анжела сердито нахмурилась. Порассказала бы она этой бабке, зачем пришла. Но не затем она явилась сюда, чтобы изливать душу.

Произнесла она следующее:

– Мне вас порекомендовали. Сказали, что вы гарантию даете. Я до вас к другим обращалась, но те все оказались обманщиками.

После секундной паузы она быстро выпалила:

– А вот насчет гарантии, это правда? Потому что я не хочу, чтобы без гарантии.

Старуха оторвала взгляд от пожелтевших книжных страниц, покрытых неразборчивыми каракулями, и пристально посмотрела на клиентку. Анжела смутилась.

– Правда, – произнесла бабка. – Я не обманщица, если ты об этом. У меня так – вначале результат, затем оплата.

Анжела возбужденно заерзала на стуле. Ей явно хотелось о чем-то спросить, но она не решалась. Затем, собравшись с силами, выпалила:

– А это правда, что вы....

Суровый взгляд старухи заставил ее замолчать на полуслове.

– Я о своих клиентах не сплетничаю! – сухо бросила та. – О других не болтаю, и о тебе, голубушка, никому ничего не расскажу. Ну, надумала, аль нет?

Анжела утвердительно склонила голову. Если бы она сомневалась в своем решении, ее бы здесь просто не было. Шутка ли – заехать в этакую глушь, в какую-то наполовину вымершую деревню, где даже днем находиться страшно. Анжела сама происходила из крошечного городка, и всегда считала, что это ее малая родина является беспросветной дырой. Но в забытой богом деревне ощущение оторванности от мира оказалось намного сильнее. Пока она добиралась до нужного дома, то заметила всего трех аборигенов, и ни один из них не был достаточно трезв, чтобы стоять строго вертикально. Собак было больше, чем людей – те своим лаем сопровождали весь ее путь по деревенским улицам.

Нет, ни за что бы она не оказалась здесь, если бы не решила все заранее. Просто ее слегка смутил внешний вид рекомендованной бабки – уж больно та не соответствовала типажу потомственной колдуньи в каком-то там поколении. Анжела ожидала встретить старую сгорбленную каргу при полном комплекте надлежащих атрибутов, как то: сгорбленный нос с огромной волосатой бородавкой на нем, худое морщинистое лицо, таинственно-зловещий взгляд. Жилище тоже должно было соответствовать – ну, ладно, пусть не классическая изба на курьих ножках, но что-нибудь мрачное, готическое, рождающее одновременно страх и любопытство.

Но на деле все оказалось иначе. Вместо избы на ножках Анжела обнаружила самый обычный деревенский дом, пожалуй, чуть добротнее и богаче прочих. Главным атрибутом богатства служила спутниковая тарелка на крыше. На кольях забора не висели черепа животных и людей, на коньке не восседал огромный ворон и не издавал зловещего карканья, пророча гостю мрачную судьбу.

Окинув взглядом стандартное деревенское подворье, Анжела решила, что ошиблась адресом. Она уже собралась попытаться расспросить местных, но тут на крыльце дома появилась невысокая полненькая старушка лет семидесяти, и призывно махнула гостье рукой.

Бабка ничем не напоминала ни ведьму, ни знахарку, а дорогой телефон в ее морщинистой руке окончательно убивал образ живущей в дебрях чародейки. Перед Анжелой стояла древняя, но все еще бодрая, пенсионерка. У этой, с позволения сказать, ведьмы, не оказалось даже огромного черного кота, который терся бы об ее ноги и косился на гостью злыми зелеными глазами. Кот, правда, был, но не черный, а рыжий. Зверь ни на кого не косился – он сладко спал в старом кресле, и даже появление чужого человека не заставило его прервать это столь любимое всеми котами занятие.

В общем, оценив внешний антураж, Анжела как-то сразу прониклась скепсисом, и начала подозревать, что напрасно проделала свой долгий путь.

Старуха окинула посетительницу опытным взглядом, и безошибочно угадала:

– Приворот, голубушка?