Страна нигде (СИ)

Пинаев Андрей Михайлович

Страна нигде

Длинная и занудная история про остров, фею, разумных роботов и временные парадоксы, а также о том, как важно любить людей. И прочих тварей. Закончен наконец.

Автор (это который я) никогда не видел моря. Абсолютно ничего не смыслит в радиотехнике, вообще слабо представляет, что происходит в розетке. В крупном парке аттракционов последний раз был в детстве. На островах не робинзонил, выживать в лесах не обучен. Про генную инженерию знаю лишь, что есть такая прикольная штука.

С учетом вышеизложенного вполне закономерным представляется наличие огромного количества фактических ошибок, за которые смиренно прошу прощения и для простоты восприятия текста предлагаю считать, что дело происходит в альтернативном мире, где плещется альтернативное море с альтернативной рыбой, в альтернативных розетках течет альтернативное электричество, и альтернативные люди построили парк альтернативных развлечений.

*****

СТРАНА НИГДЕ

Кораблекрушение было лишено всякой эпичности, оно произошло скучно и буднично, как поломка автобуса на пыльной сельской дороге. Где-то в глубине корабля раздалась серия негромких хлопков, а буквально через минуту капитан по радио объявил эвакуацию.

Паники не было, без всякого страха, лишь с недовольным бурчанием пассажиры один за другим выходили на палубу и под присмотром команды садились в автоматические спасательные плоты, которые тут же опускались на воду.

Я покидал корабль одним из последних. Не то чтобы мне захотелось погеройствовать - да и негде там было геройствовать - просто именно сейчас мне вздумалось разложить на столике все свои инструменты, и на то, чтобы сложить их обратно в сумку, ушло несколько минут.

Последние плоты спускались на воду полупустыми, так что у меня был всего один сосед, унылый дядька с пивным пузом, которого я приметил еще при посадке и старался держаться от него подальше - он был нетрезв и выглядел так, будто пил не первый день, а я пьяных не люблю. Но выбора не было; понукаемый помощником капитана, я влез в плот и сразу отодвинулся от пьяного к противоположному борту.

Плот шлепнул дном по воде, зажужжал электромотор, наше плавсредство, управляемое бортовым компьютером, приблизилось к остальным плотам и заняло в их рядах свое место. Дядька тут же приподнялся и начал озираться вокруг.

-Сядьте, пожалуйста. - попросил я его. - вы плот раскачиваете.

-Да сына ищу, Димка... он на палубе был, а я внизу.

-Ну, он на другом плоту. - спокойно ответил я. - видите, всех пассажиров посчитали, если бы кого не хватало, стали бы искать. Сядьте.

-Ага... - словно не слыша меня, дядька поднялся в полный рост и продолжил выглядывать своего Димку. Наконец он радостно вскрикнул и засемафорил руками:

-Димка! Эй, Димка!

Я проследил за направлением его взгляда и увидел на одном из плотов напуганного паренька лет семнадцати, так же бурно махавшего руками.

-Дим! Я щас!

Не успел я что-либо сказать, как дядька прямо в одежде плюхнулся в воду, обдав меня солеными брызгами, и в несколько гребков достиг другого плота.

Однако, дядька большой оригинал. Кто ж в здравом уме повезет сына на платформу, это гнездо разврата? Такие места обычно посещают в одиночку, стараясь остаться неузнанным, и рассказывают об этом лишь очень хорошо напившись, когда больше нечем похвастать. У них, на платформе, даже специальная фирма есть - занимается прикрытием таких вот отдыхающих. Жена думает, что муженек в командировке, начальник думает, что сотрудник уехал навестить больную троюродную бабушку, а он в это время играет в казино, закидывается наркотой и спит с проститутками на плавучем городе посреди моря - азартные игры и наркотики запрещены во всех цивилизованных странах, поэтому дельцам приходится выносить их за пределы государств, на плавучие платформы в нейтральных водах. Так что ставлю сотню против одного, что дядька - просто пожилой педик, везущий поразвлечься своего юного любовника.

Я думаю, что в том, что на летнюю практику на эту платформу отправили именно меня, была немалая польза для всех остальных, хоть они и не поняли этого. Когда заведующая кафедрой Татьяна Геннадьевна произнесла 'Платформа номер четыре - один человек. Андрей Рожков', в аудитории раздался разочарованный стон.

-Почему он-то? - спросил Антон, староста группы.

-Потому что. - отрезала Татьяна Геннадьевна. Она, как и многие, не любила говорить очевидные вещи.

Кого отправить в такое злачное место, кроме меня? Юридически студенты взрослые люди, но все понимают, что по молодости лет сдерживающими механизмами они еще не обзавелись. Свет неоновых реклам Платформы манит их, как и все взрослое и запретное, которое вдруг - по достижении возраста совершеннолетия - стало своим и дозволенным. Каждый из них уверен, что на Платформе-то и начнется настоящая взрослая жизнь, которую они видели в кино: деньги, казино, женщины.