Страна, которой нет

Новаторский слог финляндской поэтессы Эдит Сёдергран, петербурженки по рождению, при её жизни на русский язык не переводился и не публиковался. Именно поэтому некоторые стихи в этой книге, созданные ею до революции, я решил представить в дореформенной орфографии. Мне очень хочется, чтобы Вы, уважаемый читатель, поняли идеи и мысли Эдит на фоне увиденных пейзажей и сцен, услышанных звуков и запахов в них, ощутив то время, в котором она жила. Эдит очень ясно выражала себя; каждое слово на месте, каждое произведение закончено. Нам лишь нужно подключить воображение и наслаждаться поэзией высокой пробы.

Эдит Сёдергран. Удивительное имя, которое объединило культуру Петербурга начала XX века с атмосферой неповторимого Серебряного века и Скандинавию с её тягой к суровости и простоте.

Самобытный поэт, она родилась и училась в Петербурге в одном из старейших учебных заведений России – Петришуле, но большая часть её жизни связана с Райволой (нынешним посёлком Рощино в Ленинградской области).

Ещё в ранние гимназические годы она начала писать стихи на разных языках: на шведском (на нём говорили в семье Эдит), французском, русском, английском, немецком. «Я не знаю, кому я несу свои песни, я не знаю, на каком языке я буду завтра писать», – напишет Эдит в своём дневнике. И сегодня мне представляется, что Эдит писала, в том числе и для меня.

Её стихотворения с необычным и смелым для своего времени содержанием, так удивительно отразившим эпоху развития модерна, и свободной формой не очень понимали и принимали. Но она самым удивительным образом оказала огромное влияние на шведскую и финскую поэзию и культуру Скандинавии в целом.

Её стихотворения были опубликованы на 40 языках, включая арабский и японский. И сегодня у нас есть возможность прикоснуться к творчеству этой поэтессы на русском языке. Она вдохновлялась и русскими народными сказками, и лучшими образцами русской и европейской поэзии, творчеством символистов, экспрессионистов, футуристов. Она стала первой женщиной в Европе, которая опубликовала свой литературный манифест.

Эдит оставила не очень большое наследие – в целом около 300 страниц – но на этих страницах таится целая Вселенная, к которой и мне довелось прикоснуться.