Степень превосходства (СИ)

Это был, конечно, всего лишь сон. Заурядный ночной кошмар из тех, которые время от времени заставляют нас просыпаться в холодном поту и с чувством большого облегчения, что все произошло не на самом деле.

Но мне до пробуждения оставалось еще далеко, поэтому я пока стоял на небольшой прогалине в джунглях и смотрел в горящие неизбывной яростью глаза жуткой твари — смотрел, не в силах пошевелиться, не в силах отвести взгляд. А больше там никого не было, потому что все, кто пришел сюда со мной, или уже умерли, или умирали сейчас.

Нет, не все. Где-то сзади и сбоку слышались короткие стоны вперемешку со всхлипами — там Кэт, с перебитым позвоночником, почти разорванная пополам, кое-как подтягиваясь на руках, медленно и мучительно ползла туда, где валялась ее винтовка.

— Стреляй, Пит, стреляй! — еле слышно шептала она. — Убей его, убей, бога ради!

Но я не мог стрелять. Для этого следовало бросить винтовку с пустым магазином, достать пистолет из кобуры на бедре, нажать на спуск — а зверь находился от меня на расстоянии куда меньшем, чем один прыжок, и он был готов. Я видел оскаленную пасть, длинные когти, впившиеся в землю, кровь, хлещущую из развороченного разрывными пулями бока. Видел вздыбленную на загривке шерсть, напряженные до отказа мускулы, я видел… видел… видел…

Сначала я ничего не увидел кроме темноты, окутывавшей меня со всех сторон, потом начал понемногу соображать.

— Свет! — крикнул я, без особого успеха пытаясь выпутаться из простыни. Крикнул, должно быть, излишне эмоционально, потому что Полли — киб-мастер [1]номера в отеле, перепугавшись, врубила освещение на полную мощность. Пришлось зажмуриться.

— Вы не настроили программу снов, — с упреком промолвила Полли, сбавляя яркость до приятного полумрака. — И не велели вас будить.

— Знаю, знаю.

Я сбросил, наконец, простыню и, спустив ноги на пол, огляделся. Уютный и безопасный гостиничный номер, панорамное окно во всю стену, причудливый перламутровый кристалл макроинформера, примостившийся в углу. Кэт у себя дома, на Земле, за тысячу световых лет отсюда, и тоже в полной безопасности.

— Говорила мне бабушка — всегда настраивай программу снов, — усмехнулся я.

— Ваша бабушка абсолютно права, мистер Дуглас, — радостно согласилась Полли. Как и у любого киба, у нее было плохо с чувством юмора. — Настроить?

— Да нет, не нужно. Кстати, это просто присказка такая.

Пару секунд Полли переваривала поступившую информацию, потом до нее дошло:

— Хотите, я добавлю это выражение в свой повседневный словарь?

Я представил, как все оставшиеся четыре дня моего проживания в отеле Полли без конца поминает бабушку, и содрогнулся.

— Не стоит. Лучше пошли «жучку» за свежим апельсиновым соком.

Откуда-то из-под кровати (никогда не угадаешь, где спрячется!) вынырнул робот-горничная, больше всего похожий в этот момент на миниатюрную радарную установку, немного помедлил и, без всяких видимых усилий трансформировавшись в сервировочный столик, покатил к двери.

Через пару минут он появился снова, дождался, пока я заберу стакан, затем опять трансформировался — на этот раз в нечто, описанию не поддающееся, и принялся перестилать постель. Я не торопясь выпил сок, отверг настойчивые приставания Полли на счет того, чтоб сделать мне массаж с помощью встроенного в кровать медкомплекса, забрался под свежую простыню и почти сразу отключился.

Сухой горячий ветер гнал пыль по безлюдным в этот ранний час улицам Уивертауна. Вчера было прохладно, однако ночью ветер внезапно изменил направление и принес на город кхан-пун — злой суховей из Мертвой пустыни. Сам кхан — вовсе не ветер, а лишь медленное перемещение раскаленных масс воздуха с континента в сторону моря, но если встать к нему лицом, ощущение такое, будто ты стоишь у открытой топки гигантской печи. Температура все поднималась, небо приобрело желтовато-серый оттенок, а над еле видимыми теперь в этом дрожащем жарком мареве Черными горами висела огромная мрачная туча, изредка озаряемая вспышками молний пока еще очень далекой грозы.

Я знал, конечно, какая погода на улице — Полли не преминула сообщить прогноз, но, несмотря на это, не захотел изменить давней привычке совершать утреннюю прогулку. Мозги прочищает, хороший аппетит гарантирован, можно привести в порядок мысли, наметить самые необходимые дела на день. Но, самое главное, мне не давал покоя этот чертов кошмар. Хотя остаток ночи я провел спокойно и встал бодрым и отдохнувшим, странный сон не шел из головы, в душе время от времени поднималось непонятное смутное чувство. Поэтому, выйдя из своего номера в отеле «Козерог» когда остальные постояльцы еще даже глаза продирать не начинали, я взял курс прямо по Крокет-стрит на восточную окраину города — туда, где плато Уивер огромными ступенями, похожими на лестницу великанов, спускалось вниз, к морю.

Помимо пугающего своей реалистичностью сна, у меня сегодня были и более серьезные поводы для беспокойства.