Ставка на любовь

…Мир праху его…

Во сне Лаки Хьюстон едва слышно застонала и беспокойно заерзала на автобусном сиденье. Страшный сон не выпускал ее из своих объятий.

…Лаки, девочка моя, не позволяй им этого делать! Не надо меня хоронить! Это все какая-то нелепая ошибка! Я вовсе не умер!..

Из-под густых ресниц выкатилась крупная слеза и медленно поползла по щеке девушки. Кошмар продолжался. Сражаясь с ним во сне, Лаки не замечала сочувственных взглядов сидевших рядом пассажиров.

…Куини! Что-то случилось с Ди! Я никак не могу ее найти!..

Лаки вновь чуть слышно застонала, потому что кошмар не прекращался.

…Куини! Куини! Где ты? Я не вижу тебя! Что произошло с моей семьей? Что случилось с моим миром?..

Лаки Хьюстон уже четыре дня была в пути, передвигаясь большей частью на междугородных автобусах. Она пустилась в дорогу с сердцем, полным надежд и мечтаний, но теперь, когда утомительное путешествие близилось к концу, кошмарный сон разом вытеснил все чувства, оставив только мучительный страх.

Голова девушки безвольно покачивалась ни спинке кожаного сиденья, пока большой и довольно неуклюжий автобус протискивался по городским улицам к автовокзалу. Все ее тело покрыла холодная испарина, перед глазами неотвязно мелькали сцены кошмарного сна.

Она снова переживала дни мучительного страха, которые сменялись то призрачной надеждой, то безысходным отчаянием.

…Комья грязи глухо ударялись о крышку соснового гроба, разлетаясь в разные стороны. Пальцы Куини были такими теплыми, а Джонни был таким холодным… Не кидайте так много земли! Он же не сможет дышать!..

Ее крик о помощи остался без ответа. Надо их остановить! Надо откопать Джонни, пока еще не поздно!

Лаки во сне машинально протянула руку вперед, чтобы отвести в сторону лопату с глинистыми комьями, и… неожиданно ощутила кожаную поверхность спинки сиденья.

Тут же очнувшись от сна, она выпрямилась, глядя перед собой широко раскрытыми от ужаса глазами. Ее губы не могли сдержать дрожь. Прошло еще несколько секунд, прежде чем она поняла, что Крейдл-Крик, в котором она выросла и где была могила Джонни Хьюстона, ее отца, остался далеко позади. Реальность встретила ее резким скрежетом тормозов большого пассажирского автобуса. Окутанный раскаленным воздухом и облаком дизельных выхлопов, он свернул с одной из центральных улиц Лас-Вегаса и остановился на территории автовокзала.

Лаки бессильно откинулась на спинку сиденья, все еще дрожа от пережитого в кошмарном сне и от того, что очутилась наконец в Лас-Вегасе, городе мечты ее отца, Джонни Хьюстона.

Ослабевшая от бури противоречивых чувств, она поднялась и на непослушных ногах вышла в проход между рядами.

«Боже мой, — подумала она, чувствуя, как влажные от пота джинсы облепили ноги. — Я еще не успела сойти с автобуса, а уже чувствую себя совершенно измочаленной, совсем как проститутка, что жила через дорогу от нашего старого дома. О, Куини, мне так нужна твоя поддержка, но ты сейчас слишком далеко… Что же мне теперь делать?»

Не успела Лаки мысленно произнести эти слова, полные неуверенности и смятения, как ей почудилось, будто она слышит голос Джонни Хьюстона, своего покойного отца: «Принимайся за дело, детка, не бойся! Просто начни делать то, о чем мечтала…»