Старая вера

Род Гарсиа — историк, преподаватель Калифорнийского университета, дебютировал как нф-автор в 1989 году.

Чикано по рождению, он пишет под псевдонимом Гарсиа-и-Робертсон. В своих произведениях неизменно затрагивает проблему взаимодействия культур — в прошлом, настоящем и будущем.

За пять лет на страницах FSF опубликовано пять его разноплановых и разностилсвых повестей, будто вышедших из-под пера разных писателей: фантастические чудеса мимикрии в инопланетном океане, космическая опера «Сиреньи отмели», повесть о столкновении психолошческой силы Запада и Востока в Сан-Франциско тридцатых годов и. наконец, историческая дилогия-фэнтэзи, которую мы и предлагаем вашему вниманию.

Лиддесдейлцы начали охоту,

Лучше б дома им тогда остаться;

Их добычей Джок из Сайда стал.

Из баллады о Джоке Армстронге Сайдском

Близость шотландской границы чувствовалась во всем. Только здесь можно было увидеть волка, пасущего овец. Провожая взглядом животных, графиня Анна Нортумберлендская подивилась столь необычному зрелищу. Она ожидала увидеть вооруженных до зубов разбойников, лиддесдейлских всадников в темных доспехах, околачивающихся возле границы, а вместо этого наткнулась на насмешливый оскал желтоглазого хищника. Волк носился взад-вперед по стаду, грозным рыком собирая зазевавшихся, слегка покусывая за ноги отбившихся овец, словно он был рожден не волком, а пастушьей собакой.

Кобыла графини попятилась, испуганно фыркая и поводя ушами. Анна нежно потрепала ее по загривку, успокаивая измученное долгим переходом животное:

— Сегодня тебе не придется спать на холодной, жесткой земле. Сегодня вечером я дам тебе вдоволь овса, а спать ты будешь на мягком душистом сене.

Совсем недавно слава о графине Анне шла по всей Англии. Ее любили и почитали не за огромное состояние, не за несметные богатства, а за доброту, справедливость, гостеприимство. Когда устраивались приемы, то на них порой собиралось по двести человек за раз, благо всем хватало места. Анне принадлежала дюжина домов, и в каждом было несколько спален — с мягкими кроватями, пуховыми перинами, тончайшим белоснежным бельем. Еще месяц назад Анна жила спокойно и счастливо, но все хорошее, как известно, быстро кончается. Теперь графине пришлось оседлать лошадь и вместе с многотысячной толпой устремиться к югу. Исход из Англии проходил в едином порыве, не было никаких сословных различий — лорды, благородные дамы, рыцари, ремесленники, откупщики, крестьяне, священники — все были равны перед лицом общей беды. Под знаменем трех Марий — той, которая жила, той, которая умерла, и той, что была Матерью Бога, — все поднялись на защиту Старой Веры. А сейчас графиня возвращалась на север, устав от лишений и невзгод. Давно смолкли ликующие возгласы. От тысяч сторонников осталась лишь горстка самых преданных воинов в помятых доспехах — человек сорок, не больше. Сейчас они скакали чуть позади Анны и ее мужа Тома. От усталости Анна еле держалась в седле. Раньше она понятия не имела, как тяжело и мучительно дается отступление. Конца их походу не было видно, дорога становилась все трудней, люди устали. Позади остался Хай-Роуд в Ньюкасле, где старый Джон Марч опустил решетку своих ворот прямо у них перед носом. Они пробирались обледенелыми тропами Тайна, проходили мимо Стены Адриана. Дорога кончилась. Перед Анной расстилалась голая степь, занесенная колючим снегом, из-под которого пробивались вересковые кустики. Отряду то и дело приходилось объезжать глубокие овраги... На севере путь преграждали Шевиотовы холмы, вынуждая беженцев искать спасения в Шотландии.