Станция смерти

Прошло уже два часа, как они пролетели Юпитер, направляясь к Внешнему Поясу. Ивен ел макароны, приготовленные по собственному рецепту, и, все более раздражаясь, читал текст, мерцавший на мониторе. Это было послание начальника экспедиции. «Интересно, — думал он, — от чего раньше у меня произойдет расстройство желудка: от моего соуса или от таких посланий?»

— Ради Бога! — взмолился Джосс. — Не ставь это сюда, ты же испортишь обивку!

«…Или, пожалуй, от моего напарника…» — додумал Ивен свою мысль.

— Да чего ты так волнуешься? «Это» — всего-навсего макароны.

— В томатном соусе содержится кислота! Ты можешь испортить обивку.

— М-да… — Ивен вздохнул и передвинул миску с правого сиденья на приборную панель между ними. — Знаешь, моя мама души бы в тебе не чаяла…

— И отсюда убери.

— Ну ты даешь! — Ивен даже икнул от расстройства. Его желудок тоже что-то недовольно пробормотал, и, кажется… по той же причине.

Внутри корабля, действительно, было очень уж чисто. И не мудрено — ведь с того момента, как они покинули Землю, Джосс уже шесть раз успел сделать уборку. Ивен, столкнувшись с этой пугающей опрятностью напарника, чувствовал себя не в своей тарелке. Но чего, скажите, можно ожидать от молодого, совсем еще неопытного полицейского, которому доверили первый патрульный корабль…

— Здесь, наоборот, не помешало бы немного того… намусорить, — проворчал Ивен, чувствуя быстро растущее давление в животе. — Ну что мы, с Земли что ли свалились? Ты, верно, хочешь, чтобы все, кто нас увидит, подумали, будто мы первый раз в полете и рвемся в бой. Но я, черт возьми, этого не хочу! Когда слишком много блеска, это привлекает внимание…

Джосс спокойно подошел к сиденью Ивена, наклонился и с многозначительным видом убрал с панели плоскую пластмассовую тарелку с недоеденными макаронами.

— Тогда кого же это я лично видел ахающим и охающим, умоляющим грузчиков ничего не ставить на кожаные кресла, а? Лицемер!

— Эй! Эй! Стой! Вернись! — крикнул Ивен вслед Джоссу, удаляющемуся с его замечательными спагетти-болоньезе, но было поздно: тот уже гудел пылесосом, ничего не слыша, а макароны обрели покой в мусорном баке.

Да и пункт назначения должен был показаться с минуты на минуту. Ивен откинулся на спинку кресла, вздохнул и стал смотреть в иллюминатор на знакомую с детства, но всегда завораживающую, величественную и кажущуюся неподвижной россыпь звезд в гигантском темном пространстве…

Конечно, это большая удача, что им дали свой корабль. Да еще какой! Не какой-нибудь там простой двухместный челнок, а настоящий полицейский корабль с двумя отдельными каютами, с небольшой камерой для задержанных и отличным компьютерным центром. А без компьютеров им было бы никак не обойтись в том месте, куда они направлялись. Ведь самые современные информационные сигналы распространялись все-таки медленнее, чем световые волны, а будучи за Марсом, они находились бы за 2-2,5 световых часа от компьютерного центра на Луне. Какая тут может быть оперативность! В шесть часов спросишь по рации: «Сколько времени?» И в полночь раздастся: «Девять вечера!» Не попросишь же преступника не совершать своих преступлений или не убегать, пока они не пошлют запрос в центр и не дождутся через полдня ответа. Теперь же они сами имели всю информацию и могли себе позволить еще и ежедневно передавать и принимать информацию дополнительно, с помощью своего компьютера. И в первый раз за долгие месяцы в их наушниках не зудел знакомый до боли голос диспетчера Телии!

Как старший в команде, Ивен настоял, и успешно, на установке дополнительного вооружения, чего на обычных полицейских кораблях не делалось. Тут, конечно же, помогло и то, что с предыдущим своим заданием они справились блестяще, — это признали все. Им даже удалось завоевать хорошее расположение к себе в штабе патруля Солнечной Системы. Но вот увеличения зарплаты они так и не добились: их руководитель, Лукреция, на материальную сторону дела смотрела по-своему…