Стандартная ширина колеи

Что до агентов недвижимости из лондонского Уэст-Энда, то в двух вещах можете не сомневаться. Первое - цены всегда будут выше по сравнению с теми, которые были в прошлый раз. Второе - среди того, что продается или сдается в аренду, всегда найдется хотя бы один дом на Синклер-роуд.

Синклер-роуд идет за «Олимпией»* {* Большой выставочный зал в западной части Лондона.} к вершине Эддисон-гарденз в Шепердз-буш. Это длинная прямая дорога, по сторонам которой стоят большие викторианские дома с террасами, разделенные на квартиры. Ничего необычного в этом нет, возможно, подумаете вы, но на самом деле Синклер-роуд весьма необычна.

Как-то поздним ветреным вечером, ближе к концу минувшего года, я рассматривал объявления в витрине агентства недвижимости близ Шепердз-буш-грин и заметил пару местечек на Синклер-роуд. Я зашел в офис с намерением просмотреть список квартир и как можно быстрее выбраться на улицу - лично против агентов недвижимости я ничего не имею, но лучше бы они все-таки не требовали вашу душу в обмен на список квартир.

Оба агента, мужчина и женщина, были заняты, а другого видимого источника информации не наблюдалось. Мужчина, хорошо: сложенный, темнокожий, тридцати с небольшим лет, разговаривал по телефону и вертел на указательном пальце связку ключей, хвастливо расписывая кому-то на другом конце провода достоинства квартиры-студии на Хаммерсмит-гроув. Женщина, тонкая, как трубочист, и вытянутая, как сигарета, выглядела на десять лет старше его тридцати с чем-то. Она отбивалась от странноватых вопросов, которые ей задавал посетитель. Проигнорировав предложение женщины сесть, вопрошатель стоял, опираясь руками о край стола, за которым сидела женщина. Больше всего ему хотелось знать, делятся ли продаваемые ими дома вертикально или горизонтально. Он и так и этак пытался сформулировать свой вопрос, но женщина, казалось, была не в силах его понять.

- Мы продаем квартиры и дома, - говорила она. - Некоторые дома разделены на квартиры.

- Горизонтально или вертикально? - спрашивал он и при этом рубил рукой воздух. - Так или так?

От напряжения на лбу у женщины выступили глубокие морщины, точно мужчина высек их движениями своей руки.

- Простите, - наконец сказала она, - но кажется, я не могу помочь вам.

Ее коллега продолжал разглагольствовать и крутить ключи, желая, по-видимому, затянуть разговор. Я, однако, не сомневался, что звонивший уже повесил трубку.

Особенно меня заинтересовало то, что, когда я вошел в офис, первые слова, которые услышал от этого ненормального клиента, были «Синклер-роуд».

Неожиданно безумец нахмурился и резко отвернулся от стола, за которым сидела женщина. Я впервые увидел его лицо; глаза его излучали тревогу. Он отворил дверь и вышел. Я заметил, в каком направлении он двинулся, затем повернулся, чтобы выразить женщине сочувствие, но она еще не отошла от напряжения, поэтому я быстро попросил список квартир. Она достала его из ящика и протянула мне, не говоря ни слова. Я вышел из офиса и направился по Гоулдхок-роуд. Небо над мостом между Хаммерсмит и Сити становилось глубоко-розовым. Через полчаса все станет однообразным оранжево-пурпурным, что в Лондоне сходит за ночь. Безумец повернул и вошел в «Весбар». Я остановился снаружи и стал смотреть в окно, как молодые, модные и красивые расступаются, чтобы дать чужаку возможность подойти к стойке, где он проворчал что-то барменам, пока те не уступили и не дали ему то, что мне показалось стаканом воды из-под крана.

Я вошел и спросил два пива, указав на ряд охлажденных бутылок.

- Хотите пива? - спросил я у него. Он сверкнул глазами.

- Я был в агентстве недвижимости, - пояснил я. - Меня заинтересовало это вертикально-горизонтальное деление. Выпейте пива и расскажите мне.

Он отвернулся.

- Мне кажется, я знаю, о чем вы говорите, - солгал я. Он повернулся в мою сторону.

- А вам-то что? - спросил он, беря пиво.

- Просто интересно.

И он рассказал. Обычное деление улицы - один дом, состоящий из первого этажа, второго, а может, и третьего, соседствующий с другим домом, - не отражает действительного соположения этих пространств. Между одним вторым этажом и другим больше однородности, нежели между любым пространством второго этажа и первым этажом под ним или третьим этажом выше.

- Понятно, - сказал я, пожалев о том, что зря потратился на пиво.

- А она, - пробормотал он, снова отворачиваясь, - недостаточно высока.

- Вы это о ком?

- Да об этой женщине, агенте. Не очень высокая.

- А вы-то откуда знаете? Она ведь сидела.

- Я знаю.

Он продолжал коситься в сторону, наблюдая за людьми вокруг, точно от любого из них можно было ждать нападения.

- Как вас зовут? - спросил я.

- Марко.

- Недостаточно высока для чего, Марко? - спросил я.

- Да просто она шла к югу отсюда.

- О чем это вы?

- Отсюда две минуты пешком.