Спонсор

Лиана

— Ну как, оправдались ожидания от большой сцены? — стоявшая рядом Жанна чуть толкнула меня плечом.

Да, такого эмоционального подъема я не ощущала ещё никогда в жизни. Даже когда мне сообщили, что я прошла просмотр в главный театр страны в Грате и теперь буду танцевать на одной сцене с самыми знаменитыми балеринами.

Взбудораженные овациями довольных зрителей, мы рядком стояли за кулисами. Звучащие нам вслед продолжительные аплодисменты всё ещё не утихли до конца, и я чувствовала дикое эмоциональное возбуждение. Казалось, здесь и сейчас я могла бы перевернуть мир, не говоря уже о том, что на губах моих играла счастливая улыбка, сдержать которую я была просто не в состоянии.

— Более чем, — выдохнув, я восхищённым взглядом проводила прошедшую мимо нас приму-балерину. Её выступлениями я вдохновлялась, ещё будучи ребёнком, и вот теперь… Теперь я здесь, на одной сцене с ней, с самой Нелли Кашириной, в самом знаменитом театре страны!

Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как она, улыбнувшись партнёру, что-то шепнула, и губы её сложились в обольстительную улыбку. Длинные золотистые волосы, идеальная осанка, красивый профиль и безупречные руки. Само совершенство… Уже пять лет она была примой в театре, а я едва закончила балетную академию. На данный момент моим уделом был кордебалет, но я верила, что, если приложить усилия, я тоже буду блистать на сцене, как эта красавица.

— Эх, — над ухом вздохнула Жанна. — Тоже хочу, как она… Всю жизнь провести на подтанцовке у примы… Не за этим я столько лет батрачу.

— Если много и упорно работать, — повернулась я к ней и качнула головой, — усилия обязательно будут вознаграждены.

— Ага, смотря чем работать, — хмыкнула та, и я округлила глаза, не понимая, к чему она клонит.

Хотела уточнить, но тут за кулисами появилась художественный руководитель театра. Взгляды всех девочек мигом устремились на её спутника, высокого статного мужчину в тёмно-синем пиджаке. Я тоже невольно засмотрелась на него: он был невероятно красив. Волевой подбородок, высокие, покрытые тёмной щетиной скулы, прямой, чуть узкий нос, губы — чётко очерченные, чувственные. Чёрные, не слишком короткие волосы и глаза… Он скользнул по мне мимолётным взглядом, и у меня тут же перехватило дыхание. Господи… В глазах его таилась опасность, в каждой черте его лица таилась опасность, и я буквально кожей ощутила этот изучающий взгляд. Губы его скривились в какой-то холодной, циничной усмешке, глаза хищно блеснули. Ещё один миг, и он обратил все своё внимание на Ольгу Константиновну, будто мы его вовсе и не интересовали.

— Дорогие девочки, — тут же заговорила она, улыбаясь. В руках у неё был букет алых роз с крупными сочными бутонами. По всей видимости подарок того мужчины. — Все вы знаете, что Ренат Каримович является меценатом нашего театра. Он большой поклонник балета и выразил желание лично поздравить вас со стартом сезона и окончанием первого спектакля.

Слова её звенели в моей голове маленькими колокольчиками. Ренат Каримович… Меценат… Снова подняла на него глаза и тут же в спешке опустила, наткнувшись на прямой взгляд. Господи, он смотрел на меня… На меня… Почувствовала, как щеки заливает краска, ладошки вспотели, дыхание сбилось.

В чувство меня привела Жанна:

— Если… Ренат Каримович… — Она снова едко усмехнулась, — возьмет тебя в работницы, то твои шансы стать примой-балериной возрастут. А если ты будешь работать хорошо, и у него не возникнет к тебе нареканий, то карьера твоя может развиться о-очень стремительно.

Я резко повернулась к ней. Она смотрела в упор, в глазах издёвка. Пытаясь понять, что такое несет Жанна, я не уловила тот момент, когда мужчина оказался возле меня.

— Я раньше тебя не видел, — услышала я его голос: низкий, приятный, обволакивающий, с едва заметными, пробирающими до самого нутра хрипловатыми нотками.

Вскинула голову и столкнулась с ним взглядом. Он проникал в меня, лишая воли. Я открыла было рот, но не смогла и слова выговорить. Так молча и закрыла. Он стоял так близко, что я ощущала исходящую от него опасную, подавляющую энергию…

— Лиана только окончила Академию, и это её первый сезон в труппе, — поспешила пояснить Ольга Константиновна.

— Прекрасно, — продолжал удерживать меня взглядом Ренат. — Прекрасно, — улыбнулся мне, а после развернулся и, не сказав больше ни слова, ушел. Даже внимания ни на кого не обратил.

Я заметила, как, проходя мимо руководительницы, он кивнул, та в ответ едва заметно вскинула брови, а после резко глянула в мою сторону. Смысл этого немого диалога я разобрать не могла, но, судя по взгляду Ольги Константиновны, что-то пошло не так. По спине пробежали мурашки. Что я сделала?! А если этот человек решил, что мне не место в балете? Что я недостаточно хороша? От ужаса ладони вспотели ещё сильнее.

— Все свободны, — кинула руководительница, а после, небрежно осмотрев меня, выговорила: — Лиана, зайди ко мне в кабинет, как переоденешься, — и, дождавшись от меня слабого кивка, ушла следом за мужчиной в тёмно-синем пиджаке.