Сперанский 4. Коалиция (СИ)

Annotation

Четвертая книга из цикла "Сперанский".

Уже немало сделано, ещё больше предстоит сделать. Но времени на созидательный труд и модернизацию производства нет, приходится полагаться на команду. А самому герою предстоит туристическая поездка в Италию... В составе экспедиционного корпуса фельдмаршала Суворова.

Сперанский 4. Коалиция

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Сперанский 4. Коалиция

Глава 1

Черкасск

16 февраля 1798 года

Мы предполагаем, а Бог располагает — незыблемая истина, объясняющая всевозможные порушенные планы.

Что я хотел, что планировал? Тренироваться, отрабатывать тактики, стрелять, а после еще и еще стрелять, совершать марш-броски, маневры. Я собирался лично выявить лучших стрелков, при этом не только из своих бойцов, коих собрал более сотни, но из условно своих, военторговцев, а так же из роты егерей, что прибыли ко мне даже того того, как я вернулся в Надеждово из Петербурга.

Всю дорогу из столицы в мои поместья, когда только получалось чуть отделаться от Катерины, ну и от еще одного товарища, я занимался разработкой тактик, вычерчивал карандашом рельефы местности и проводил сам с собой штабные игры. И подобное могло только казаться забавой, на самом же деле я сталкивался со многими трудностями даже ведя условный бой на листе бумаги. Воображение у меня хорошо развито, понимание, как может действовать мой отряд, имеется, ну а некоторый товарищ, когда был трезв, помогал разбираться с тем, как действовал бы противник.

Этот товарищ мог походя, посмотрев на карту сказать:

— Вот тут неприятель прорвет оборону, али зайдет вот сюда и тебе кресты над курганом. Давай выпьем, и я обстоятельно все расскажу и вместе найдем, как супостата бить.

И пил. И для того, чтобы этого попутчика уважить и, кабы опытный человек мог указать на ошибки, чем несколько скорректировать тактику автономного мобильного полка. У меня было разумение в какую сторону двигаться и что я хочу получить в итоге от участия в боевых действиях. Но понимания военных реалий не хватало. А Контаков, будущий мой заместитель все-таки не тактик и уж точно не стратег. Он гвардеец, который может исполнить приказ. Так что нынешний попутчик был важен, пусть так и не считала моя печень.

Ах, да, товарищ! Это Платов Матвей Иванович. Дело в том, что он сидел в Петропавловской крепости. По пьяни наговорил абы чего, за сабельку хватался и грозил порубать хоть императора. Нашлись провокаторы и вот казак уже в «вытрезвителе», самом элитном в стране, «Петропавловская крепость» называется [в РИ Платов так же отсидел в тюрьме примерно в это же время].

Если прибавить сюда, к пьяным россказням Платова, тот факт, что он был близок с Суворовым, как никак при взятия Измаила, почти половину от всего войска Александра Васильевича составляли казаки под командованием Матвея Ивановича. А езе суммируем то, что после Платов сошелся и с Зубовыми, которые чуточку подсобили ему в карьере. Так что попал казак, как кур в ощип. Впрочем, и я был в застенках по похожим мотивам.

Но тут начались амнистии и Павел Петрович, будто явив совсем иного человека, соглашался с Суворовым во всем и благоволил фельдмаршалу в этот момент, как, наверное, никому более при дворе. А так как Александр Васильевич знал лихого казачьего командира по своим походам в Османскую империю, то пожелал видеть оного и в Италии. Немалую роль сыграло ходатайство атамана Орлова.

— Да я же первым подписал ту бумагу под Измаилом. Это ж надо! Малыми силами брать непреступную крепость! Но я первым подписал, — уже изрядно подпивший, в очередной раз, объяснял Платов, почему Суворов так за него просил.

— Я слышал уже, Матвей Иванович, — часто я отвечал казаку, но то, будто меня не слышал.

Так что приходилось бывать в пути «свободными ушами» для Платова, который топил свою обиду в алкоголе. Но, что меня поражало — он на утро тренировался, даже когда кареты были на ходу. Со своим десятком опытных казачков, разгонялся и часто пугал наших кучеров да возниц, имитируя атаку.

На остановках казаки фехтовали и я присоединялся к ним, если только Катя не перегружала «Графом Монте-Кристо». Но наступало время обеда и мы, даже когда обедали прямо в каретах, что даже для Матвея Ивановича было не комильфо, всегда пили. Я старался схалтурить, пить меньше, или вовсе наливать себе воду, но это получалось не всегда. И когда не получалось обмануть Платова, я лишался жены. Почему-то Катя не хотела ехать в одной карете с пьяными мужиками, которые с одной стороны часами восхищаются ее красотой, умом и всем-всем-всем, но с другой стороны, в карете стояло такое амбре…