Спасибо, не благодарите!

«Я долго держал паузу, не комментируя цепь последних событий, хотел добраться до истины. И вот у меня на руках отчет внутреннего расследования в связи с началом судебного процесса между «Рубстер-Эко» и мировым правительством. Некрасиво получилось, но об этом позже…

Я не представился, меня зовут Боб Рубстер, недавняя гибель моих родителей сделала меня главой совета директоров мусорной компании «Рубстер-Эко». Наверняка видели нашу рекламу:

«Кружки, пластик и пакет мы помелем на винегрет,

В куб сожмем его – и в путь, дом прибрать свой не забудь!»

«Путь» – метафора светлой жизни без мусора, а «Дом» – это Земля, вспомнили? Пару лет назад эту песню крутили по всему миру. Если не помните, то не суть важно. Вернемся к интервью. Хочу официально опровергнуть слухи о причастности спецслужб Мирового правительства в гибели родителей. Якобы угроза судебных исков и несговорчивость отца привели к подстроенной катастрофе. Это не так! Они гостили у кузена в Торонто и, возвращаясь, попали в шторм. У автопилота отсутствовал файл с алгоритмами управления транспортным средством в условиях проливного дождя, а для северных широт это стандартная прошивка автопилотов. Мои родители просто не ожидали, что машина не знает, как себя вести во время ливня, они без задних мыслей коротали время за бутылочкой шампанского и погибли мгновенно.

Вот, посмотрите, фотография отца, где он примерно моего возраста. Правда, мы похожи? Только у меня волос побольше, шевелюра и веснушки благодаря ирландским корням матери, а всё остальное – от отца: острый нос, прямоугольное лицо, массивные скулы и низкий лоб. Уберите мои рыжие бакенбарды и добавьте отцову редкую бородку, и родная мать с первого взгляда нас не отличит. Как же мне не хватает тебя, папа!

Психологи говорят: «Слезы разгружают сознание». Простите меня за эмоции…

Я ещё раз официально заявляю, что в гибели мамы и папы виновны стечение обстоятельств и недооценка сложившейся ситуации. Так написано в отчете. Знаете, в чем проблема электронной бумаги? Она не мнется, её нельзя в гневе разорвать на мелкие кусочки, её даже погнуть невозможно, ты сжимаешь из-за всех сил кусок стекловолокна, а он расправляется, и всё написанное смеется с издевкой над тобой.

Но я отвлекся… Мировое правительство не виновато в гибели моих родителей – это факт. А хотите, я поставлю вам запись воспоминаний отца? Благо сейчас это ничего не стоит. Не понимаю тех, кто борется с роботизацией тела. Ведь эти маленькие помощники продлевают нашу жизнь на десятилетия, а роботы-дирижеры в голове – так это лучшее, что придумал человек за последние годы. Маленькие послушные труженики, они всегда знают, что нужно твоему телу. Но люди есть люди, всегда находятся религиозные фанатики, которые утверждают, что повальная роботизация – это от лукавого и ни к чему хорошему не приведет. Не слушайте их, ни один из этих пастырей не может существовать без роботов, и это непреложная истина.

Так вот, перед кремацией мне сбросили на электронный носитель самые значимые моменты из жизни отца, и я хочу, чтобы вы это увидели.

«– Уважаемый Тэд Рубстер, если можно, объясните нам, как работает сжиматель межатомного пространства? – спросил председатель экзаменационной комиссии, поправляя очки.

– Моя дипломная работа построена на сжатии самых распространенных элементов твердой, жидкой и газообразной формы. Если по существу, мы путем субатомной бомбардировки элемента в искусственном магнитном поле сбиваем их в кучу, формируя молекулярный комок. Уровень сжатия – от 80 до 270 процентов в зависимости от структуры.

– Двести семьдесят для газов, я так понимаю?

– Да, а восемьдесят для графита, ртути, золота и других плотных материалов.

– А вы можете вернуть назад исходный объём и вес предмета?

– Нет, только сжатие, мы ломаем атомную решетку… поэтому возврат к исходной форме невозможен.

– В таком случае, какая практическая польза от вашего изобретения, господин Рубстер?

– Я об этом не думал, – ответил аспирант Тэд Рубстер и покраснел.»

Мой папа всегда стеснялся своих идей. Он жил по принципу «надо выдумывать, а жизнь сама пристроит изобретение в нужное место». В те годы отец и представить не мог, в какой области будут использовать его сжиматель. Идея ломать атомную решетку пластикового мусора пришла не сразу. Кто изучал историю, конечно же, помнит начало тысячелетия, когда со всех площадок говорили о загрязнении океана, но никто ничего не делал для решения проблем экологии. Следующие сто лет проблема захламлённости мирового океана только прирастала, образовывались дрейфующие острова из пластика, в воду под воздействием солнца происходило выделение вредных соединений, наносился непоправимый урон экосистеме океана. Это сейчас, когда мы имеем на восемьдесят процентов мертвый океан, человечество понимает, что вода на этой планете – единственная ценность, а тогда мир ставил сети, чтобы на популярные курорты не проникал дрейфующий пластик и не омрачал отдых туристам.