Сожженный заживо (СИ)

Испания,1485 год

Огромная толпа людей собралась вокруг деревянного креста, уходящего ввысь и полыхающего яростным пламенем очищающего огня. Сквозь крики сотни жителей города пробивалось тихое бормотание человека.

— Он вернётся. Вы не понимаете, что делаете. Он вернётся через сотни лет, но виновные будут наказаны. Этот мир — он не такой, каким вы его видите. Он другой.

— Колдун!

— Сжечь его!

— Во имя церкви!

Крики людей становились всё громче, возрастая с силой огня. И уже по всей округе разносились молитвы и проклятия, стоны и хрипы. На кресте был распят человек, но ни крови, ни ран, ничего не было на его теле. Только глаза горели красным огнём, как будто вбирая всю ту кровь, что так и не пролилась из ран.

— Слуга Сатаны! Он даже не кричит. Ему не больно, — раздалось изумлённое восклицание из толпы.

— Огонь его точно убьёт. Я уверен, — вторил ему второй голос.

Лишь одна группа людей стояла спокойно, безмятежно наблюдая за хаосом, что грозил перейти в неминуемую расправу людей над неизвестным человеком на кресте. Люди в капюшонах и длинных чёрных накидках, так называемые инквизиторы, ждали своего часа.

— Вы видите, что этот человек связан с Сатаной. У него нет крови, он не горит и его глаза…вы видите какие они красные? А всё потому, что он пил кровь самого Дьявола, дабы стать таким могущественным волшебником.

— Да, да, сжечь его!

— Так просто огонь его не возьмёт. Давайте все начнём читать молитвы во имя Господа нашего!

И разнеслась по округе молитва, монотонное чтение которой создавало эффект жужжания. Люди взялись за руки и, качаясь из стороны в сторону, начали обходить вокруг дымящегося креста. Они подкидывали поленья, дули на огонь, и слова их молитвы становились всё более резкими и громкими. Наконец-то, кто-то крикнул: «Смотрите! Огонь уже поедает его тело. Ждать осталось совсем недолго. Мы сильней Сатаны. Молитва изгнала демона.»

Человек на кресте стал совсем бледным, чуть ли не прозрачным. Глаза же его почернели, и улыбка превратилась в оскал. Огонь лизал его тело вдоль и поперёк, но оно не чернело, а наоборот, бледнело всё больше. Спустя ещё пять минут подобного чуда, человек растворился. Он просто рассыпался в прах.

— Не может быть! Эта кучка пепла-всё что осталось от Ирвиса Макиавелли?

— Спокойно! — произнёс человек в капюшоне. — Не забывайте, что это был не просто человек, а посланник самого Дьявола.

Каково же было удивление людей, когда подойдя ближе к кресту, они не обнаружили ничего кроме выжженной земли. Всеобщее потрясение длилось недолго.

— Сатана забрал его прах! Да придёт на землю Господь наш и очистит от зла! Сегодня мы ему помогли. Но хватит ли нам сил сделать это завтра?

— Хватит, милый мой, Грегор, хватит. Не переживай, церкви всегда будет хватать сил, чтобы расправляться с неугодными Господу, — ответил человек в капюшоне.

— Он вернётся. Вы ничего не понимаете. Он вернётся, — уже причитал человек, стоя на коленях. — Он найдёт вас всех и отомстит. Он вернётся, вернётся, вернётся.

Казалось будто человек сошёл с ума. Он плакал, стонал и постоянно повторял, что казнённый ранее вернётся.

— Не бойся, Малькольм, мы проследим за тем, чтобы твой сын никогда больше не вернулся на эту землю. И ты вместе с ним.

После этих слов мужчину схватили люди в капюшонах и поволокли в сторону казематов.

— Он вернётся. Я знаю.

Это было последним, что произнёс мужчина, перед тем как отправиться в вечное заключение.

Нью-Йорк,2013 год

— О боже! Чёртов будильник. Как быстро закончилось вчера и началось сегодня. Что же «хорошего» принесёт мне сегодняшний день?

И так начиналось уже десятое за этот месяц утро. Всё шло из рук вон плохо, и я ничего не могла с этим поделать. Только наблюдать со стороны как моя жизнь рушится. Ну и отлично. А чтобы наблюдалось лучше надо хорошенько позавтракать! И с этим настроем я отправилась на кухню.

— Забери свои вещи сам, Марк! Или я просто выкину их на помойку. И плевать я хотела, что твоя шлюха беременная валяется в больнице. Всё, конец разговора.

Неет. Только не это. Аппетита как не бывало.

— Мам, ну сколько можно ссориться? Я так устала от этого. Каждый день одно и тоже.

— И ты меня попрекаешь? Твой отец не может даже забрать свои вещи из нашего дома. Он видите ли занят своей брюхатой шлюхой Линдси.

— Хватит, мам! Не говори о ней так. Ведь она беременная, не надо, это плохо. Прости ты уже отца и отпусти его. Пусть он будет счастлив.

— Счастлив? Счастлив?? Никогда! Не после того как он превратил мою жизнь в руины! Причём твою тоже, — закричала, точнее завизжала мать.