Союз трех планет

Два миллиарда лет тому назад пересеклись пути двух галактик. Произошло ли это на двести миллионов лет раньше или позже - не так важно, поскольку примерно такой же срок требуется галактикам для взаимного проникновения. И в то же время - как полагают, с погрешностью плюс-минус десять процентов почти все звезды двух галактик обзавелись планетами.

Невольно возникает мысль, что образование многочисленных планет одновременно с взаимным проникновением галактик - не простое совпадение. Одна из научных школ тем не менее утверждает, что у всех звезд планеты появляются так же естественно и неизбежно, как у кошки - котята.

Исторические манускрипты Эрайзии свидетельствуют о том, что до сближения обеих галактик в каждой из них никогда не существовало больше трех Солнечных систем, обычно - только одна. Так что когда солнце планеты, на которой возникла эрайзианская раса, начало остывать, эрайзи-анам пришлось напряженно трудиться ради спасения своей Цивилизации, наперегонки со временем решать инженерные проблемы перемещения планеты к более молодому светилу.

Когда эддориане были насильно перенесены на другой уровень бытия, окружавшая их обстановка сохранилась и исторические записи планеты оказались доступны для изучения. Эти документы - фолианты, ленты и записи на дисках из сплава платины, не подверженные губительному действию атмосферы Эддора,- во многом согласуются с эрайзи-анскими записями. Непосредственно перед столкновением во Второй Галактике существовала только одна Солнечная планетная система, и вплоть до появления Эддора pазумная жизнь в этом мире полностью отсутствовала.

Таким образом, бессчетные миллионы лет обе расы, ос таваясь единственной разумной формой жизни в своих га лактиках, а возможно, и во всей Вселенной, находились в полном неведении о существовании друг друга. К моменту столкновения обе они были достаточно древними. Еще одной общей чертой было для них стремление к могуществу.

Поскольку Эрайзия по составу, атмосфере и климату похожа на Землю, эрайзиане в те времена были отчетливо выраженными гуманоидами, тогда как эддориане - нет. Эддор был большой и очень плотной планетой, его океан ядовитым грязным сиропом, его атмосфера - мутным едким туманом. Эддор, единственная в своем роде планета, настолько отличался от других миров в любой галактике, что само его существование нельзя было объяснить до тех пор, пока из его собственных записей не стало ясно, что он появился во Вселенной из какого-то иного мира, совершенно непохожего на наш.

Два народа различались так же сильно, как и их планеты. Эрайзиане прошли через обычные стадии дикости и варварства на пути к Цивилизации - каменный век, бронзовый, железный, стальной и век электрический. Вполне вероятно, что все последующие Цивилизации прошли эти стадии развития вслед за эрайзианами, потому что споры, из которых зародилась жизнь на остывающих планетах столкнувшихся галактик, занесены с Эрайзии, а не с Эддора. Эддорианские споры, без сомнения, тоже существовали, но, видимо, были столь чуждыми, что не могли развиваться ни в одном из обычных миров.

Эрайзиане - особенно после того, как атомная энергия освободила их от физического труда - посвятили себя интенсивному исследованию и реализации неограниченных возможностей мышления.

Поэтому даже до столкновения галактик эрайзианам не были нужны ни космические корабли, ни телескопы. Одной только силой разума они предвидели, что линзовидное скопление звезд, которое теллурианские астрономы позже назовут туманностью Лундмарка, приближается к их галактике. Они внимательно, неотрывно и с большим интересом наблюдали, как происходит то, что невозможно доказать математическими расчетами. Ведь для двух галактик вероятность испытать лобовое столкновение в экваториальной плоскости и полностью проникнуть друг сквозь друга практически равна нулю.

Эрайзиане наблюдали рождение бесчисленных планет, тщательно отмечая в своей совершенной памяти каждую деталь происходящего в надежде, что по прошествии времени либо они, либо их потомки смогут разработать символику и методологию, которые позволят изучить необъяснимый феномен. Свободные от забот, любопытные и внимательные, эрайзиане странствовали по различным мирам до тех пор, пока один из них не столкнулся с эддорианским разумом.