Союз нерушимый

Готовность один — к бою!

Атомарина скользит почти беззвучным призраком на глубине двести. На тактическом планшете два «роя» точек-целей — свои к северу от нас, чужие к юго-западу. Сходятся на пересекающихся курсах — и радарами уже хорошо видят друг друга. Ну а мы, акустикой двадцать первого века, услышали эту ораву еще два часа назад.

Два линкора, два тяжелых и шесть легких крейсеров, больше двадцати эсминцев. В тридцати милях позади — авиаударное соединение, два больших авианосца, тоже в окружении крейсеров и эсминцев. А еще дальше должен быть десантный флот — полсотни транспортов, под охраной целого десятка эскортных авианосцев, четырех старых тихоходных линкоров, и кучи противолодочной мелочи. И это еще не сосчитаны те, кто высаживается сейчас на западную оконечность Сицилии, и на «носок» итальянского сапога.

Адмирал Да Зара в рубке флагманского «Чезаре» наверное, ощущает себя воплощением Рожественского перед Цусимой. У врага подавляющий перевес в палубной авиации, и весьма значительный в легких силах, в качестве артиллерии, в боевой подготовке. «Нью Джерси», «Висконсин», «Хорнет», «Уосп» — все новейшие, с командирами и экипажами, прошедшими Тихий океан, под флагом адмирала Ли, разбившего японцев у Гуадаканала (когда была потоплена «Киришима») — и четыре старых «чезаре», ветераны прошлой войны, четыре крейсера, считая нашего «Ворошилова», тринадцать эсминцев (включая четыре советских). «При двухкратном превосходстве в кораблях и двадцатикратном в палубной авиации — говорить о военно-морском искусстве неприлично», кто сказал это, или что-то подобное, в иной истории, после битвы у Окинавы в 1945?

Вот только мы тут — козырной туз в рукаве. Или даже целый джокер — атомная подводная лодка СФ, непонятным образом провалившаяся во времени, из 2012 года в 1942. Благодаря чему война в этой реальности (консенсусом научных светил признанной «параллельной», как ответвившийся от нашей реки времени еще один рукав), пошла совсем по-другому. В отличие от прочих героев «альтернативной фантастики» (не поклонник, но Конюшевского прочесть успел) нам легко было убедить предков в своей иновременности (что может быть лучшим доказательством, чем корабль в двадцать тысяч тонн, не имеющий аналогов в этом времени) — но что могли бы мы сделать одни, если исход этой великой войны решался не на море, а на суше? И не наша заслуга, а предков, что история перевела стрелку и свернула на совсем новый путь — если и в этом времени будут писать «альтернативные» романы, хотел бы я сказать авторам, никогда не считайте предков глупее себя! Информация, которую мы передали, упала на благодатную почву — ну а мы лишь скромно помогли, в меру наших возможностей. Мы работали «летучим голландцем» Советского Союза — благодаря чему например, уран из Конго не доехал до американского «Манхеттена», а попал к Курчатову, на два года раньше начавшему советскую атомную программу. (прим. — о том см. «Белая субмарина» — В.С.). Север от немецкого Арктического флота очистили, сейчас в Средиземке окаянствуем — и юмор в том, что как раз сюда мы шли в 2012, по пути незнамо как провалившись во «временную дыру».