Совсем другое, Но.....

Давно у нас не было больших, я бы сказал, великих открытий. После полета первого человека в космос сделан огромный шаг в сторону необъятного для науки будущего, настолько необъятного, что изучать его, казалось бы, можно так же бесконечно, как и сам космос.

И вот по прошествии тридцати лет, когда техника стала модернизироваться с такой скоростью, за которой перестал успевать следить простой обыватель, мы таки запустили космическую программу на Марс в ее прямом понимании. Сколько до этого было разговоров? Сколько попыток и отправок, так называемых марсоходов – не счесть. И самое главное, что оставалось до сих пор без ответа, а нужна ли нам эта программа? И возможна ли все-таки там жизнь?

Корабль хоть и многоразовый, но пусковой станции на Марсе нет. И все прекрасно понимали, что первый человек полетит с билетом в один конец. Главная задача состояла у команды, во-первых, выйти на связь, во-вторых, прочесать как можно больше поверхности в поисках жизни и, в-третьих, убедиться в возможностях жизни на самой планете.

Команду укомплектовали из пятнадцати человек, стандартный шаттл для восьми человек пришлось модернизировать, включая несколько новых кабин и более емкий энергоблок. Пиар-кампания за этим всем была настолько дикая, что за отправкой, по всей видимости, следил весь мир. Еще бы, ведь дальнейшая в планах колонизация Марса могла бы существенно ослабить Землю. Все это было в неблизких планах, а пока мы простились взглядом с далекой от нашего простого понимания ракетой, идущей к далекому Марсу.

Все завороженно проводили ее и вернулись к простым реалиям жизни.

– Следующий, – Катя проверила температуру и давление у последнего члена экипажа. Она делала это согласно медицинскому журналу для своевременной реакции на какие-либо изменения в организме. Она прошла в каюту приема пищи, где сидели двое членов их команды. Дэнис – выходец из южных штатов и Мияки – азиат, по-моему, из Южной Кореи.

– Как ты сама? – спросил Дэнис.

– Все норм. – Она села за столик рядом с ними и перевела свой взгляд на иллюминатор, в котором уже отчетливо виднелась огромных размеров Красная планета.

– Не жалеешь? – спросил Мияки.

– Нет, когда тебя ничего не держит, то и жалеть, собственно, уже нечего.

– Ясно, – ответил Мияки.

– А я вот немного жалею, – вырвалось у Дэниса.

– Почему? Я считала, у тебя никого нет, – произнесла Катя.

– Не совсем, мой старый BMW так и остался в гараже и сейчас уже, наверное, покрыт огромным слоем пыли.

– Эх, дурак ты. – Она опрокинула смузи одним залпом и отправилась в свою каюту. Пристегнувшись ремнями, она ушла в глубокий сон.

Катя уже вряд ли когда-то вспомнит, сколько она проспала. Разбудил ее сигнал тревоги при большой тряске. Она, расстегнув ремни, поспешила в кают-компанию. Везде мигал красный свет, и только добравшись до места, она поняла, в чем дело.

Все были при деле. Капитан давал быстрые указания техникам, те поспешно их выполняли, и лишь она одна – медик – стояла, держась за настенные поручни, смотря в иллюминатор и видя, как быстро они приближаются к поверхности планеты, к которой они летели без малого полгода – срок, за который она уже успела устать. Она с хищным и никому не показанным восторгом ждала окончания этой первой и самой неудобной фазы их испытания. Все тряслось, трещало и, по ощущениям, вот-вот должно было развалиться. Она, как и вся команда, читала об известных особенностях планеты и помнила, что такой атмосферы, как у Земли, у Марса быть не могло. Но то сопротивление, что ощущалось, заставляло задуматься о вообще каких-либо реальных возможностях колонизации, ведь одно дело отправлять небольшой шаттл, а совсем другое – переправлять сотни людей. Почему-то ничего, кроме возникшего предчувствия опасности, ей в этот момент в голову и не приходило. Дальше стало еще хуже. Наглухо заложило уши, от давления заболели глаза, и она интенсивно закрыла их, думая при этом, что обойдется от лицезрения приземления.

Перед тем, как она потеряла сознание, последнее, что донеслось до нее, были крики капитана на технике. После произошел сильный толчок, от удара которого она и ушла в себя.

Дальше все, что случилось с ней, представлялось словно в тумане. Она видела, как ее отстегивают от кресла. Рассмотреть лица тех, кто это делал, она не могла, единственное, что запомнилось, – это их рост: ей казалось, что они огромны, но никаких других особенностей из-за скафандров разобрать не могла, да и не в состоянии была.

Ее вытащили из шаттла или из того, что от него осталось. Катя, увидев мутное очертание красной пустыни, ушла вновь в бессознательное состояние.

Просыпаясь, она услышала сквозь сон знакомую речь. Сквозь яркий свет она, медленно открыв глаза, наконец-то увидела полную девушку в белом халате.

– Кто вы? Что стряслось?

– Не шевелитесь пока. Вам нельзя нервничать. Пройдете акклиматизацию и все узнаете.

– Где моя команда?