Советы залетевшим

Эта книга предназначена в первую очередь — собственно, как и любая книга, — для тех, кто умеет читать.

Неплохо, если её прочитают беременные женщины. Ещё лучше — хотя бы наискосок пробегут женщины небеременные. А также юные девушки, девочки-подростки и просто сообразительные маленькие девочки. И вообще замечательно, если этой книгой заинтересуются мальчики, юноши и мужчины. Но увы мне, потенциальный читатель нашей необъятной родины крепок, упрям и одними уговорами его от телевизора не оторвёшь.

А если эту книгу сделают учебным пособием для восьмого класса средних общеобразовательных школ (предмет «биология и анатомия человека») — будет просто великолепно! Но увы мне ещё раз, я не имею отношения к Министерству просвещения.

Образцово-показательно будет, если эту книгу станут раздавать всем посетительницам (как минимум репродуктивного возраста) женских консультаций. Но увы мне канонически третий раз, и к Министерству здравоохранения я не имею ровным счётом никакого отношения и на социальные программы не оказываю ни малейшего влияния.

Ума не приложу, как так вышло, что такой человек, как я — не имеет никакого ни серьёзного влияния, ни пустякового отношения! Объяснить эту чудовищную несправедливость ноосферы можно моей исключительной скромностью, отсутствием каких бы то ни было политических и социальных амбиций, а также неумением «отжать» себе на элементарную лишнюю помаду из семейного бюджета, что уж говорить о… Вот об этом лучше не говорить! Сейчас вообще лучше всё больше помалкивать. Потому что совершенно невозможно предугадать, какое из бесцельно вылетевших изо рта междометий нанесёт смертельное оскорбление чьим-то чувствам, и под какую именно статью попадёт сказанное вслух словосочетание «орально-фекальный». Даже вспомнить о презумпции невиновности не успеешь — как уже осядешь за сто первым километром. И на вопрос сокамерниц, мол, за что загремела, будешь объяснять, потупив взор, что публично употребила определение одного из путей передачи инфекций, поражающих желудочнокишечный тракт.

Поэтому я писала эту книгу в совершеннейшей тиши. Сидя «в одной подмосковной деревне», как небезызвестный граф Лев Николаевич Толстой. И, кстати, за сто первым километром. Превентивно, так сказать. Так что любые беспокойства по поводу моего перемещения туда — излишни. А если тому, кто обязан наблюдать за междометиями и словосочетаниями покажется, что я без умолку болтаю — так я сразу заявляю, что мои периодические обращения к воображаемым собеседницам не более, чем литературный приём. Посреди массы других литературных (и не очень) приёмов. Частенько я совершаю исторические экскурсы (не без шутовских ремарок), читаю менторские лекции (временами не особо злоупотребляя ораторским искусством), рассказываю реальные жизненные истории (сдавая не только прежних пациенток-клиенток, но и близких подруг, приятельниц, знакомых и вообще всех подряд). И не скуплюсь на соус из цитат.

Так что, любезные моему горячему сердцу, чистым рукам и холодной голове реальные читательницы (и читатели!), вы непременно должны эту книгу поставить на полку. Вы не обязаны реферировать её от корки до корки. Но в доме пусть будет! Возможно, этот популяризирующий некоторые знания труд изучит ваша юная племянница — и почерпнутая информация убережёт её от необдуманного поступка и последующей кучи неприятностей. Или ваша дочь заинтересуется — и будет хоть в некотором приближении представлять себе, как она устроена и что из этого следует. НО!.. Видите, какое большое «НО!»? Оно совсем не зря такое, это «НО!» И заключается это «НО!» в следующем: книга «Советы Залетевшим» ни в коем случае не сделает вас специалистом ни в одном из аспектов анатомии, физиологии, генетики, биохимии, акушерства, неонатологии, доказательной медицины и проч. Как даже выученные наизусть инструкции к айпаду не делают вас программистом.

Несмотря на то, что я российский прозаик, весьма известный по целому ряду исключительно художественных романов, авторских сборников и публицистических опусов, — диплом по специальности «лечебное дело», сертификат специалиста, степень кандидата медицинских наук по специальности «акушерство и гинекология» и многолетний клинический опыт накладывают на меня некоторые обязательства. Перед коллегами-врачами в частности, а также перед обществом в целом.

И в завершение предисловия, моя чудовищных размеров скромность обязывает повторить вслед за великим коллегой по перу (тем более, что в его адрес даже самый несообразительный критик не кинет, сплюнув яд под ноги автору, слово-камень: «самолюбование!», а лишь восторженно выдохнет слово-панегирик: «:самоирония…» — и замрёт в почтительном восторге):