Сотворение мира

В Женеве, окруженный ухоженными деревьями, цветочными клумбами и зелеными газонами, высится Дворец наций. Зеркальные стекла в окнах, сверкающие аксельбанты и треугольные шляпы гвардейцев охраны, молчаливые швейцары у тяжелых, украшенных бронзой дверей, глубокая голубизна неба, влажный, устойчивый запах цветов — все это придает Дворцу наций величественный, торжественный вид.

Каждую осень, в сентябре, дворец оживает. Мягко шурша шинами, у его подъездов останавливаются комфортабельные автомобили, из которых выходят одетые в смокинги и цилиндры господа. Они церемонно раскланиваются друг с другом и направляются в зал заседаний.

В эту пору в Женеве яблоку негде упасть. Со всего мира съезжаются сюда министры иностранных дел, представители разных государств. Их сопровождают секретари, переводчики, консультанты, референты, помощники. Сотни журналистов, обозревателей, фотографов, легальных и нелегальных шпионов, а также просто любопытствующих богатых бездельников устремляются в Швейцарию. В такие дни женевские отели, частные пансионы, виллы до отказа населены разноязычными постояльцами. Суетятся от избытка энергии владельцы магазинов, кафе, ресторанов. Не отстают, на бегу требуют у дипломатов интервью вездесущие газетные корреспонденты. К тайным местам явок спешат резиденты-разведчики. Каждую осень Женева напоминает растревоженный улей.

Начинается ежегодная осенняя ассамблея Лиги Наций…

С основанием этой международной организации были связаны надежды сотен миллионов людей. Изнуренное кровопролитной войной человечество поверило в то, что Лига Наций, состоящая из представителей чуть ли не всех государств планеты, принесет наконец избавление от войн, нищеты, голода, что по евангельскому завету наступит «на земле мир и в человецех благоволение».

И действительно: в уставе лиги много было прекрасных, обнадеживающих слов о том, что для мира важно принять обязательства не прибегать к войне; что надо поддерживать в полной гласности международные отношения, основанные на справедливости и чести; строго соблюдать предписания международного права и добросовестно соблюдать все налагаемые договорами обязательства.

В сентябре 1934 года представители тридцати стран послали Советскому правительству телеграмму, в которой предложили СССР вступить в Лигу Наций. Зная, что представляют собой главные организаторы лиги, понимая, что капиталисты крупнейших стран мечтают под крылом этой представительной организации установить свое мировое господство, правительство СССР тем не менее согласилось стать членом Лиги Наций. Оно решило противостоять в лиге подобным намерениям и надеялось, что эта широкая международная организация может стать хоть самым малым препятствием к развязыванию войны.

Еще до вступления в лигу Советское правительство предложило всем странам мира всеобщее полное и немедленное разоружение. Навсегда распустить сухопутные, морские и воздушные вооруженные силы, уничтожить пушки, пулеметы, танки, бомбы, мины, снаряды, все средства массового убийства людей; не обучать военному делу молодежь всей земли, а предоставить ей возможность мирно трудиться, отменить военную службу; разрушить крепости, морские и воздушные базы; ликвидировать военные заводы и не отпускать денег на военные цели — таковы были предложения правительства Советского Союза.

Миллионы людей узнали об этих предложениях, и в их сердцах зародилась надежда на долгий мир. Но разве могли принять и одобрить проект разоружения Рокфеллеры, Морганы, Дюпоны в Америке, Ротшильды и им подобные в Англии и Франции, Стиннесы, Круппы, Дуисберги в Германии?

Судьбой советского проекта разоружения стало долгое, безнадежное хождение по мукам, по подготовительным и консультативным комиссиям, по комитетам и подкомитетам, пока явными и тайными усилиями буржуазных политиков не был он отвергнут окончательно.

Между тем на земле не было покоя. Японские захватчики бесчинствовали в Китае, отторгли от него Маньчжурию, создали там свой плацдарм — государство Маньчжоу-Го.

Вынашивая планы мирового господства, императорская Япония, а вслед за ней гитлеровская Германия вышли из Лиги Наций, а представители в ней Англии, Франции, Италии палец о палец не ударили, чтобы остановить подготовку к большой войне.

Это было время многих жестоких убийств. Террористы, вышколенные немецкими нацистами, убили австрийского канцлера Энгельберта Дольфуса, который метался между Муссолини и Гитлером и не знал, к какому берегу ему пристать. Через два месяца в Марселе среди белого дня были убиты югославский король Александр и французский министр иностранных дел Луи Барту. В Германии, вопреки Версальскому договору, Гитлер объявил всеобщую воинскую повинность, а вскоре оккупировал Рейнскую область. Войска Муссолини напали на беззащитную Абиссинию.