Сосна желаний

Если вы будете иметь веру с горчичное зерно

и скажете горе сей: «перейди отсюда туда»,

и она перейдет; и ничего не будет

невозможного для вас (Мф. 17:20).

Если бы в тот поздний дождливый апрельский вечер идти по тихой улочке одного большого города и заглянуть в кафе со сладким названием «Ирис», там в полумраке за накрытыми красными скатертями столиками можно было бы застать трех посетителей. Они не были знакомы и сидели отдельно. Девушка лет двадцати пяти, худенькая, с тонким носиком, усердно старавшаяся скрыть лицо за длинными каштановыми волосами, сидела и глядела на скромную овощную закуску. Мужчина, которому можно было дать от тридцати пяти до сорока пяти, часто озирался по сторонам, иногда что-то неслышно нашептывал себе под нос, изредка закусывая водку кусочками сыра. Крепкий мужчина, выглядевший лет на пятьдесят, в хорошем и явно не дешевом темно-синем костюме в полоску; его красное лицо и размашистые жесты явно говорили, что он изрядно выпил.

В ту минуту, когда часы показали полночь, в центр зала вышёл официант с большой деревянной вазой и громко объявил:

– Уважаемые посетители! Сегодня понедельник, вас немного, но, может быть, это и хорошо. Согласно нашей традиции, ровно в полночь мы раздаем добрые пожелания. Они в этой вазе. Засуньте в неё руку и вытяните бумажку, только одну, пожалуйста.

Официант подошёл к девушке. Она сунула руку в вазу и вытащила небольшую свернутую бумажку, медленно развернула её и прочла: «Чувствуйте то, что не чувствуют другие». С разочарованным видом девушка аккуратно сложила бумажку и спрятала её в своей сумочке. Пока она делала все это, локоны волос обнажили лицо, и официант увидел большое невзрачное родимое пятно на левой щеке девушки. От неожиданности его брови дернулись. Но даже такое, казалось бы, незаметное движение не ускользнуло от глаз девушки, она отвернулась.

Потом руку в вазу засунул мужчина с сырной тарелкой. Вытянув сверточек, он развернул его своими тонкими пальцами и прочел: «Вам подарят тепло». С горькой улыбкой мужчина смял записку и положил её в карман брюк.

Наконец официант подошёл к крупному мужчине. Тот глянул на официанта и сказал:

– Зачем мне это, а? Ну зачем? Не нужны мне ваши фантики. Что я с ними стану делать?

– Попробуйте. Вот увидите, пожелание сбудется, – спокойно ответил официант и подал вазу мужчине.

Тот, кряхтя, сунул руку и вытянул сверточек, развернул его и хотел было начать читать вслух:

– Вы сту…

– Ой, подождите! – перебил его официант. – Это пожелание сбудется только в том случае, если кроме вас никто о нем не узнает.

– Вот ещё фокусы! – воскликнул мужчина, однако прочитал про себя: «Вы ступите на твердую почву». – Не верю я в такие пожелания-предсказания.

Мужчина говорил громким грудным голосом, во всём кафе его было отчетливо слышно, поэтому двое других посетителей смотрели в его сторону.

– Знаете, – сказал официант, – владелец нашего кафе тоже не верил в предсказания и фанты. А потом у него появилось это кафе именно благодаря пожеланию. – Официант повернулся так, чтобы его слышали все трое посетителей. – Если хотите узнать, как это получилось, приходите завтра к шести вечера, он сам будет тут и вам объяснит.

– Да ну! – громко произнес пятидесятилетний мужчина. – Это только ваши приманки, чтобы мы сюда пришли.

– Приходите завтра, узнаете, – только и сказал официант, уходя.

Тремя совершенно разными дорогами попали полуночные посетители в кафе. Девушка, имя её Лиза, родом из дальнего поселка. Всё детство провела со своими родителями и двумя старшими сестрами. Она почти не выходила из дома, даже подруг у нее, можно сказать, не было. А причина этого – причина в некрасивом родимом пятне, закрывавшем с рождения чуть ли не пол-лица. Из-за этого пятна Лиза считала себя самым несчастным человеком. С нею не хотели водиться даже девушки, а парни… те так просто насмехались. Она давно поняла, что никакого будущего в её маленьком сельце у неё нет. Лиза надумала уехать в большой город, где можно теряться среди людей, скрывать под волосами свою ужасную метку.

Почти десять лет назад, оставив родных дома, она приехала в город, где поступила учиться медицине и стала медицинской сестрой в больнице. Отчасти её план удался. Знакомые, коллеги по работе привыкали к её виду, а прохожие редко обращали внимание, к тому же маскировка волосами помогала скрыть изъян.