Соленые брызги ярости

Пролог

Слеза чудом успела увернуться от кинжалов жаждущей мщения фурии и крикнула ей:

– Я убила Рихтовщика!

Сработало. Удалось ошарашить противника.

Еще мгновенье назад готовая к продолжению атаки Белка тормознула бешенный натиск. И вместо очередного удара глухо прорычала:

– Почему?

– Пришлось. Он кислотой сильно ошпарился, – охотно стала отвечать Слеза. – Будто целое ведро на себя вылил. Уж не знаю, где он в ванной ее раздобыл…

– В ванной?

– Ну да… Рихтовщик пошел мыться. Включил душ… Но почти сразу же его выключил, и вдруг страшно заорал. Я ворвалась к нему. Увидела Рихтовщика в луже крови, всего в язвах от кислоты. От него дым валил, как от чадящего жира на сковороде. Кислота продолжала разъедать его тело прямо у меня на глазах…

– И ты добила его?

– Да… Из гуманных соображений. Он был обречен. Спасти его было невозможно.

– А мне зачем все это рассказала?

– Ну вы же с ним были друзьями.

– С чего ты взяла?! – рыкнула кваз.

– Белка, у меня проблемы. Прошу тебя, как друга Рихтовщика, помоги мне.

– Да ты, овца, в натуре оборзела!

– У меня жизненно важное задание. Мне нужен быстрый кач. Последние два дня Рихтовщик был моим напарником. И с ним прокачка уровней шла, как по маслу. Но случилось несчастье, и я осталась без напарника. Если ты, как друг Рихтовщика, сейчас заменишь его, поверь, он это оценит.

– Ну ты и сука!

– Я послала тебе приглашение вступить в отряд…

– Млять!.. И где ты тут собралась искать тварей?

– А нам не придется никого искать.

– В смысле?

– У меня есть один хитрый Дар – называется «Лакомый кусочек»…

Рация на столе снова требовательно заверещала.

Скальпель надавил на кнопку приема и, склонившись над микрофоном, спросил:

– Что там у тебя?

– Из номера Рихтовщика только что раздались выстрелы, – доложил Блоха.

– Так, кажись, началось, – хмыкнул Ртуть и знаком показал помощнику продолжать разговор.

– Долго стреляли? Из чего? – засыпал вопросами Скальпель.

– Нет, быстро. Как из автомата пять выстрелов отбарабанили. Но по звуку они больше на револьверные были похожи.

– Пастух, – одними губами обозначил имя Скальпель.

Ртуть кивнул.

– А после выстрелов… че там? Как? – продолжил допрос Скальпель.

– В номере тихо стало, как в могиле, – откликнулся сквозь шум помех из динамика Блоха. – Шеф, может, послать человечка, чтоб проверил? У меня в Малине пара парней неподалеку квартируют. Я по рации могу напрячь…

Ртуть отрицательно покачал головой.

– Блоха, давай без самодеятельности, – подпустил в голос металла Скальпель. – Просто наблюдай!

– Все понял, шеф!

– Девки-то там как? – спросил Скальпель.

– Тварей перебили. Теперь споровики их потрошат.

– Ладно. Наблюдай дальше, и держи нас в курсе. Все. Отбой.

Глава 1, в которой я нарываюсь на гостей из прошлого и получаю ультиматум

Это был шок!

Совсем молоденькая девчонка, почти ребенок, оседлала морщинистого старика и лихо скакала на нем, совершая бедрами недвусмысленные движения.

Лежащий снизу Пастух перехватил мой ошалевший взгляд, похабно ухмыльнулся и в его руке появился извлеченный из инвентаря револьвер.

– Ну, здорово, Рихтовщик, – хмыкнула гарцующая на нем Овечка.

Револьверное дуло уперлось мне в лоб.

Они допустили роковую ошибку. Бездарно профукав секунду моей растерянности, заговорили, вместо того, чтоб сразу открыть огонь.

– Ты забрал наши…

Дальше я уже не слушал.

– Отскок!

Почуявший неладное Пастух мгновенно надавил на курок. Но произнесенная мной фраза-активатор уже запустила спасительный Дар, и последующего выстрела я уже не услышал.

Моргнул… И снова оказался в дверном проходе, в пяти шагах от страстно стонущей парочки.

В правой ладони мгновенно материализовалась извлеченная из инвентаря Шпора. Не сбавляя шага, на ходу я шепнул под нос фразу-активатор «Лунного пламени».

На последнем шаге вокруг тела загорелся белесый защитный огонь. И, даже не пытаясь на этот раз откинуть полог, я ударил шипастым диском по мечущейся сверху фигуре прямо через занавеску.

Попал удачно – точно Овечке в шею. Девушка умерла мгновенно и не успела издать ни звука. Ее начисто срезанная голова рухнула на грудь партнера вместе с ворохом окровавленного тряпья, в которое Шпора буквально за секунду превратила намотанный на шипы и порубленный в клочья тюль балдахина.

Пастух отреагировал молниеносно. Не обращая внимание на придавивший его труп обезглавленной подружки, он извлек из инвентаря оба револьвера, и с двух рук открыл по мне ураганный огонь.

Уж не знаю, чем были начинены его пули, но мою «пламенную» защиту они сносили с потрясающей скоростью. От частых попаданий белесый огненный кокон вокруг меня истончался буквально на глазах. К счастью, я был в шаге от Пастуха и тоже не бездействовал.