Солар (СИ)

Настроение было так себе. Срочно хотелось всего и побольше и, желательно, сразу. Пойти что ли поесть? При мысли о еде живот благодарно заурчал.

Но когда подумала, что придется переодеваться, сооружать прическу и идти в столовую ножками, то сразу стало как-то лениво. А может, ну его, ужин? Есть ведь яблоки? А потом — спаааать!!!!

Или все-таки пойти? Вот ведь… дилемма.

И пока размышляла о насущном, неожиданно поймала себя на том, что уже давно рассматриваю происходящее за окном. Не то чтобы снег и лед были безумно интересны, но мелкие хлопья снега помогали сконцентрироваться. Изящно и невесомо ледяные произведения искусства кружились в свете уличного фонаря, оседали на землю, и этот медленный зимний танец завораживал. Снежинка, другая… десятая… проносились по одному им ведомому маршруту. Вокруг творилось волшебство. И это странным образом успокаивало.

Почти не дыша, я наблюдала за магией стихии. Ладонь словно магнитом притянуло к оконной раме, и закрыв глаза, я начала мысленно сплетать на стекле ледяной узор. Штрих, овал, снова штрих, немного Магии Искусства — сделать нарисованное похожим на оригинал. Закрепление рисунка магическим холодом…

Но когда, несколько минут спустя, я оценила свое проявленное мастерство, то не смогла сдержать грустного вздоха. Результат моей магии, если честно, получился так себе. На стекле, увы и ах, красовались лишь мутные разводы. Рисунок ледяного фонаря, который я так рассчитывала увидеть, скорее напоминал поникшую ромашку.

Да что ж такое!

Я. Могу. Подчинить. Время и Пространство. Но, Сас! Почему я абсолютно не способна даже незначительно отклонить обычную струю воды в другую сторону?!

Водная стихийная магия поддавалась мне плохо. Даже не так. ОЧЕНЬ ПЛОХО. Я, одна из лучших студентов Института, заслуженно получала отметки удовлетворительно по двум практическим дисциплинам стихийной магии. «Выезжала» я как обычно на покоренных мною Огне и магии Воздуха. С магией Земли было похуже, но для аттестата вполне достойно. А вот трижды сасовская Вода была моим постоянным кошмаром и вечным проклятием!

Черный браслет на левой руке полыхнул алым. Привычно встряхнула запястьем, и комнату наполнил бесстрастный голос информатора:

— 19.43, восточное время. Прошу разрешить доступ для сообщения Банка Времени.

ООО!!! Наконец-то! Да с этим адресатом я готова общаться в любое время! Рука нервно скользнула по браслету, активируя, и, затаив дыхание, я принялась прослушивать столь ожидаемое мною послание.

— Достопочтенная Киана ри Фарра! Банк Времени проанализировал Ваш профиль и сообщает следующее. Ваш уровень магии позволяет претендовать на должность Куратора при достижении Вами полного магического контура. Будем с нетерпением ожидать Вас на этапах при соответствующей подаче заявки господину Саману Шарцу, с 10.00 до 12.00, восточное время, Первый Зеленый зал. С почтением, Лаза си Кант, Глава Третьего Желтого зала.

Сас! «…при достижении Вами полного магического контура…»

Да это я и без достопочтенной Лазы си Кант знала. И именно это знание сподвигло меня отправить свой профиль в Банк Времени в надежде, что мне предложат хотя бы должность помощника Куратора. А там гляди и практика помогла бы… (все-таки я обладаю одним из самых высоких рейтингов на курсе). Мечты, мечты… которые с треском провалились.

Я устало потерла виски и присела на кровать. Ну что ж, тогда приступим к Плану 2.

Сонное утро неспешно стелилось по залам и коридорам Магистериума. Пока еще полупустые коридоры через какие-нибудь полчаса заполнят шум разговоров спешащих по своим делам магистров, но сейчас только эхо одиноких уверенных шагов будило привычные ко всему малахитовые стены. Мужчина явно торопился.

— Константи-иин! — знакомый голос «выстрелил» из-за угла протяжным визгом.

Тот, к кому обращались, резко остановился. Недовольно поморщился, но уже через мгновение с самой лучезарной и при этом далеко не самой искренней улыбкой обернулся к внезапно появившемуся собеседнику. Невысокий сухонький мужчина в будничном облачении высшего мага практически уткнулся ему в грудь. Едва сдержавшись, чтобы не скривиться, Константин поклонился.

— Ваша светлость! Мое почтение!

В приветственном жесте Константин ми Кама прикоснулся тыльной стороной ладони ко лбу. Энергично отбросил в сторону прядь темных волос, и красные, едва различимые всполохи коснулись синей радужки глаза. Архимагистр в ответ усмехнулся:

— Тренируешь Взгляд Истины?

— Практикую, — сухо ответил ми Кама. — Так чем могу быть полезен Вашей светлости?

— Скорее, чем могу быть тебе полезен Я, — приглашающий жест рукой создал неотличимую от действительности иллюзию, — кофе?

— Неожиданно. Не думал, что Вы его пьете, — брюнет абсолютно искренне удивился.

— У всех у нас порой так много утра и так мало кофе. Кофе… Ах, могу о нем часами говорить! Моя маленькая слабость, знаешь ли… Немногие в курсе.

— Польщен, что попал в круг избранных, — ядовито прошипел ми Кама. — Так в чем дело, Ваша светлость? Я, знаете ли, весьма ТОРОПЛЮСЬ.