Сокровища снегов

— Вы абсолютно неправы! — решительно произнес мой хозяин. — Верно, во льдах Севера до сих пор находят окаменелости и заледеневшие гигантские туши, но с последним мамонтом это никоим образом не связано, уж можете мне поверить. Говорите, эти животные водились десять тысяч лет назад? Охотно верю. И все же самый последний мамонт погиб намного позже, а именно 19 мая 1899 года. Я видел это своими собственными глазами. И, должен сказать, этому мамонту я очень многим обязан.

В его голосе не было ни малейшего намека на шутку, к тому же у меня не было ни малейшего основания подвергать сомнению слова моего собеседника.

— Должен сказать, это далеко не единственный случай, когда животное, считавшееся давно исчезнувшим с лица земли, встречается в наше время, — продолжал почтенный рассказчик. — Я достаточно много путешествовал и мне доводилось встречать многих из них. Я видел даже первобытных людей. Спросите, почему я не сделал свои наблюдения достоянием общественности? Ответ прост: обо всем этом человечество узнает из моей книги. Да, книги, над которой я сейчас работаю. Эту же историю я расскажу вам не только потому, что вы мне чем-то симпатичны, но и потому, что мой час уже недалек.

Итак, это было трудное, полное лишений путешествие по Крайнему Северу. Все мои спутники навсегда остались в полярных снегах. Я был в полном одиночестве. Казалось, все вокруг желает моей гибели: голод, холод, многочисленные хищники, которые только и ждали, чтобы я лишился сил. Все, что у меня оставалось — это скромный запас сушеного мяса и легкие нарты, запряженные последними двумя собаками. Разрываясь между страхом и надеждой, я упорно продвигался вперед. Надежда на счастливый исход продолжала жить где-то в потаенном уголке души.

Вскоре одна из моих собак с жалобным воем бессильно вытянулась на снегу. Мои нарты продолжали двигаться силами одной последней собаки. Вокруг нас тянулась нескончаемая белоснежная ледяная пустыня.

Я уже начал впадать в полуобморочное состояние, когда вдалеке показались какие-то грязно-желтые фигуры. Моя собака из последних сил издала грозное рычание, я тут же схватил свою винтовку. Передо мной были белые медведи. Эти хищные твари белые, только когда их видишь в окружении темной земли или листьев, но на фоне безупречно белого снега они сразу теряют всю свою белизну.

Это был самец довольно больших размеров в сопровождении двух медведиц. Сперва они нас преследовали с некоторым опасением. Мы с собакой бросились бежать прочь изо всех сил. Но вскоре моя несчастная собака, и без того утомленная дальней дорогой, выбилась из сил и принялась спотыкаться. Затем она упала и осталась лежать на снегу.

Медведи приближались. Когда до них оставалось около ста метров, я торопливо вскинул винтовку и выстрелил два раза. Но, увы, обе пули пролетели мимо. Я был слишком утомлен, и моя рука была более чем нетвердой. Преследователи на несколько мгновений замедлили свой бег — вот все, чего я смог добиться. Я снова бросился бежать, слыша за спиной вой моей собаки, полный смертельного ужаса. Оглянувшись, я заметил, что, расправившись с несчастным животным, медведи теперь преследуют меня. Если бы я не был таким голодным и усталым, то, наверно, завопил бы от беспредельного ужаса, но тогда я пришел в состояние полнейшей апатии и безразличия ко всему миру. Я знал, что сейчас должен бежать, и потому быстро передвигал ноги подобно бесчувственной машине. Никаких надежд на спасение у меня уже не оставалось.

Тем не менее опытным глазом путешественника я против своей воли отметил, что окружающая местность становится необычной, если не сказать странной. Должно быть, где-то глубоко внизу действовали таинственные вулканические силы. То тут то там из-под сплошного ледяного покрова выглядывали кусочки скал. Затем я к своему полному изумлению заметил небольшие чахлые кустики и даже крохотные участки земли, на которой росла самая настоящая трава. Я, было, решил, что от голода и пережитых волнений у меня начались галлюцинации. Здесь в полярной пустыне не может быть никаких растений!

Вдруг прямо перед моим носом выросла громадная ледяная стена.

— Значит, это конец, — подумал я с какой-то спокойной отрешенностью. — Теперь мне будет некуда деваться.

Я чувствовал, что сил бежать у меня больше не осталось, бегство представлялось мне все более бесполезным занятием. Неожиданно за выступом в скале я увидел глубокую расщелину. Собрав последние остатки сил, я кубарем скатился внутрь обледенелого отверстия. Но преследователи были уже близко, буквально за моей спиной явственно слышалось их дыхание. Продвигаясь на четвереньках вдоль глубокого сумрачного коридора, я ощущал, что медведи продолжают следовать за мной.