Сокровище Чингисхана

Керри, с любовью. Д. И. К.

10 августа 1281 года

Залив Хаката, Япония

Арик Тимур вгляделся в темноту, наклонил голову вле­во, едва не коснувшись бокового ограждения, и услышал плеск весел. Звук постепенно усиливался. Ког­да от шума воды его отделяло всего несколько футов, Тимур отпрянул, скрывшись в густой тени, и втянул голову в плечи. «На этот раз незваных гостей ждет особенно радостный прием», — подумал он с мрачным предчувствием.

Шлепки весел стихли, по раздавшемуся стуку дерева Ти­мур догадался, что лодка причалила к корме большого судна. Тонкий серп полуночной луны давал мало света, но благодаря кристально чистому прозрачному небу он усиливался ярким сиянием звезд, и корабль был хорошо виден. Он стоял, словно окутанный прозрачным белым туманом. Тимур осторожно опу­стился на колени, наблюдая, как сначала одна темная фигура начала карабкаться по кормовому трапу, за ней — другая, по­том еще одна, пока, наконец, на палубе не появилось с десяток человек. Под их многослойными кожаными доспехами блестели разноцветные шелковые одежды, шуршавшие при каждом движении. Взгляд Тимура остановился на сверкавших, острых как бритва катана, дуэльных мечах с одним отточенным лезви­ем, которыми были вооружены толпившиеся пришельцы.

Дичь, заглотнув приманку, оказалась в ловушке. Командир- монгол повернулся к стоящему возле него мальчишке и кив­нул. Тот выхватил из-под одежды тяжелый бронзовый коло­кольчик и принялся трясти им. Металлический звон разорвал тишину прохладной ночи. Пришельцы застыли на месте, оше­ломленные неожиданным сигналом тревоги. В тот же миг из темноты бесшумно выскочили три десятка воинов и, яростно потрясая оружием, набросились на незваных гостей. Полови­на погибли сразу под ударами множества копий, пробивших длинными металлическими наконечниками слабую кожаную броню. Оставшиеся в живых выхватили мечи и попытались было сопротивляться, но солдаты, превосходившие числом, смяли их. Спустя несколько секунд все было кончено — мерт­вые тела и умирающие валялись на палубе. В живых остался лишь один человек, по виду — дервиш.

Одетый в расшитый узорами красный шелковый халат и мешковатые штаны, заправленные в короткие сапожки из мед­вежьей шкуры, он не походил на воина из крестьян. С неверо­ятной скоростью и точностью движений, изумивших нападав­ших, он отбил мечом нацеленные на него копья, прорвался сквозь кольцо окружения и оказался возле группы из трех че­ловек, защитников корабля. Короткими быстрыми ударами он свалил их всех на палубу, а одного едва не рассек пополам.

Видя, как смертоносный вихрь уносит его воинов, Тимур вскочил и, выхватив из ножен меч, ринулся вперед. Дервиш заметил его и, искусно отразив атаку очередного воина, с раз­ворота полоснув его окровавленным мечом по горлу, встретил Тимура резким выпадом. За свою жизнь монгол участвовал во множестве схваток, убив более двадцати человек. Он хладно­кровно ушел в сторону, избегая удара. Кончик меча рассек его одежду, пройдя всего в нескольких миллиметрах от кожи. Как только лезвие меча ушло в сторону, Тимур, вскинув руку, ткнул своим мечом в бок нападавшему. Дервиш на мгновение замер — лезвие прошло сквозь его грудную клетку и рассекло сердце. Ноги дервиша подкосились, глаза, смотревшие на монгола, начали закатываться. Спустя секунду он уже лежал на палубе.

Защитники корабля издали победный клич, который эхом пронесся над заливом и дал знать остальным кораблям флота вторжения о том, что очередная попытка вражеского нападе­ния на один из кораблей успешно отражена.

—  Вы храбро сражались, — похвалил Тимур собравшихся вокруг него воинов, главным образом китайцев. — Бросьте тела

японцев в воду и смойте с палубы их кровь. Сегодня мы можем спать с чувством выполненного долга.

Под восторженные крики воинов Тимур присел на корточ­ки возле поверженного им самурая и вытянул из его рук окро­вавленный меч. В тусклом свете корабельных фонарей он вни­мательно рассмотрел оружие, восхитился прекрасной работой японского мастера, бритвенной заточкой меча, одобрительно кивнул и только после этого сунул оружие себе в ножны.

После того как мертвые тела были бесцеремонно сброше­ны в воду, к Тимуру подошел капитан корабля, сурового вида кореец по имени Йон.

—  Хороший бой, — бесстрастно заметил он. — Сколько еще нападений нам придется отбивать?

—  Как только с берегов Янцзы прибудет остальная часть флота, сразу же начнется сухопутная операция. Мы разгромим японцев, и налеты на суда прекратятся. Возможно, наша се­годняшняя хитрость надолго отпугнет врага.

Йон недоверчиво хмыкнул.

—  Мой корабль давно должен быть в Пусане. Вторжение превращается в катастрофу.

—  Я бы тоже предпочел, чтобы флоты подошли разом, а не поодиночке, — раздраженно ответил Тимур. — Но даже и так у меня нет сомнения в победе.

Капитан, покачав головой, зашагал к матросам. Тимур вы­ругался себе под нос.