Соционика

© И. Калинаускас, 2017

Многие, конечно, помнят смешную детскую считалку: «На златом крыльце сидели царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной. Кто ты будешь такой? Говори поскорей – не задерживай честных и добрых людей!» Как это ни парадоксально, данная считалка имеет вполне солидное социально-психологическое основание.

В процессе взросления контакты человека с социумом расширяются: семья, друзья, учебные заведения, производство и т. д. Поэтапное включение в социальную общность все большего масштаба сопровождается увеличением масштаба и мощности социального давления, охватывающего постепенно все стороны жизни человека:

– структуру питания и способ добычи пищи;

– требования к одежде и жилищу;

– языковую и культурную среду;

– круг и способы общения;

– образовательные и профессиональные ориентиры;

– порядок вступления в половые и семейные отношения;

– политические и религиозные взгляды;

– структуру, содержание и способы получения информации;

– морально-этические нормы поведения и т. д.

Характерно, что все эти нормы регламентируют только внешнее поведение. Человек вправе думать и переживать все что угодно, но его поступки и способы включенности в жизнь социума должны строго соответствовать общепринятым нормативам или, как говорят, социальным конвенциям. Чем более развита социальная структура общества, тем большее число конвенций должен соблюдать человек в своем поведении. И степень их соблюдения во всех социумах отслеживается достаточно строго – вплоть до административной и уголовной ответственности.

Иными словами, человеку извне предъявляются определенные требования (в том числе индивидуального свойства), которым он должен соответствовать в своих социальных отношениях: он должен быть таким, таким, таким… и никогда другим. Этот набор «предписаний» мы будем называть таковостью. Она отражает образ человека, каким его хотят видеть и слышать окружающие. Видеть же они могут – только поступки, а слышать – только слова, сказанные вслух. Следовательно, «таковость» определяет способ поведения в социуме, предписываемый и ожидаемый от конкретного человека.

Всегда ли предписываемые извне нормы человек воспринимает без внутреннего сопротивления как свои собственные? Безусловно нет. Многие из социальных конвенций могут вступать в противоречие с его внутренним миром и вызывать отторжение. Но социальная жизнь устроена таким образом, что максимальное соответствие таковости поощряется (плюс-подкрепление), а отступление от таковости – наказывается (минус-подкрепление). В результате человек учится вести себя таким образом, чтобы оптимизировать соотношение поощрений и наказаний (то есть увеличить число плюс-подкреплений и уменьшить число минус-подкреплений). Иными словами, он формирует оптимальный внешний образ («маску») себя, через который и вступает в отношения с другими людьми. Более того, этот свой социальный образ человек постепенно начинает отождествлять с самим собой, делает его основным принципом самоидентификации, поэтому, говоря «Я», человек, как правило, подразумевает именно свой социальный образ.

Так в процессе социализации человеческое «Я» начинает оформляться некоторым представлением о себе. Мы будем называть это Я-концепцией.

Совокупность социальных отношений человека формирует личность. Ядром личности выступает Я-концепция как базовый образ человека, как его «таковость». Уровнем связи личности является установочное поведение. Его можно себе представить как некоторый набор стандартных моделей поведения, не разрушающих «таковость» и способствующих если не повышению, то хотя бы сохранению самооценки. Это важно, поскольку самооценка есть содержание точки координатора всей Я-концепции.

С другой стороны, человек начинает действовать только тогда, когда у него актуализировалась какая-то потребность. Более того, эта потребность должна быть так или иначе идентифицирована. В противном случае человек ощущает смутное беспокойство, но к действиям не приступает.