Сочинения в двух томах. Том 1

Перевод с английского Е. Шабельской

в которой Джаспер Бэгг сообщает о своем намерении совершить путешествие по Тихому океану и зафрахтовывает пароход «Южный Крест» через посредство конторы «Филиппе Вестбюри и компания»

Немало друзей и знакомых советовали мне написать историю моих приключений, и я решился, наконец, приняться за этот труд, несмотря на недостаток способностей и подготовки. Моряку по профессии, получившему образование в простой школе родного городишки, мне, капитану Джасперу Бэггу, нелегко объяснить публике необычные происшествия, свидетелем которых довелось мне быть, и сделать правдоподобными для недоверчивых читателей вещи, выходящие из ряда обыкновенных явлений будничной жизни современного человека. Постараюсь справиться с этой трудной задачей по возможности, предоставляя господам журналистам, равно как ученым специалистам, право критиковать, доказывать или отрицать причины, результаты или даже возможность явлений, о которых мне придется рассказывать.

3 мая 1899 года в три часа пополудни наш старший боцман Гарри Доэс первый заметил землю на горизонте. Наше путешествие приближалось к концу. Пятьдесят три дня тому назад выехали мы из Сусемптона, и за все это время никто из экипажа не мог догадаться, для чего предпринято наше путешествие по Тихому океану. Большинство предполагало нечто вроде морской прогулки, вызванной страстью к дальним плаваниям… Они припомнили, что их капитан еще мальчиком бежал из школы на яхту лорда Кэнтона, которой командовал в то время старый товарищ моего отца… Другие удивлялись тому, что наш «Южный Крест» прошел через Суэцкий канал, чего обыкновенно не делают суда путешественников ради собственного удовольствия, и не понимали, откуда у бедного морского офицера, каким меня все знали, нашлись не только пятьсот фунтов стерлингов для уплаты комиссионной конторе Филиппса Вестбюри, но и еще большая сумма, необходимая для содержания команды, которой я платил лучше многих знатных любителей мореплавания, собственников роскошных паровых яхт. Я предполагал разрешить недоумение экипажа своевременно, намекая лишь изредка на то, что материальные интересы моих подчиненных гарантированы одной богатой леди, по желанию которой предпринято путешествие, но что именно поэтому я и не могу немедленно удовлетворить их любопытство. Мистер Джекоб, мой старший офицер, и Питер Блэй, старый приятель, поехавший со мной потому, что я умел удерживать его от несчастной страсти к пиву, догадывались кое о чем, хотя и не знали ничего определенного. Оба служили уже под моим начальством на яхте мисс Руфь Белленден и помнили, что муж молодой леди увез ее в свадебное путешествие куда-то на дальний Восток. Они не раз намекали, что наша прежняя молодая хозяйка, конечно же, повлияла на выбор пути «Южного Креста», и, в сущности, я не сердился за такое предположение, хотя и должен был держать язык за зубами и не объяснять цели моего путешествия в интересах самой молодой леди…

Итак, 3 мая, в четвертом часу пополудни, старший боцман Гарри Доэс, первый разглядевший землю на горизонте, сошел вниз в сопровождении кое-кого из экипажа, чтобы узнать мои приказания. Мистер Джекоб только что окончил свою вахту, и Питер Блэй, сменивший его, уже собирался посылать за мной, когда я сам поднялся на командирский мостик и навел подзорную трубу на едва виднеющиеся очертания берега. Так как мы находились в это время на сто пятидесятом градусе восточной долготы, то я и предположил вначале, что вижу один из островов, давно известных всем судам, крейсирующим между Сан-Франциско и Японией. Но, приглядевшись внимательно к быстро приближающимся берегам и особенно к скалистой возвышенности на северо-западе, я понял, что мы находимся в виду того самого Кеннского острова, который был целью нашего путешествия.

— Поздравляю, ребята, — обратился я к собравшейся команде, — вот мы и у места назначения. Погода прекрасная, у нас на судне все, слава Богу, благополучно, денька через три-четыре, пожалуй, и в обратный путь можно будет пуститься!

Слова мои были приняты громкими криками радости, а Питер Блэй, ходивший последние две недели нахмурившимся, вздохнул, как человек, сбросивший с плеч давящую его тяжесть.