Собака тоже человек !

Сергей Платов

Собака тоже человек!

Так уж оказалось, что молодой, но подающий надежды колдун

Даромир больше любил развлечения и прекрасных женщин, чем унылую

учебу и занудных учителей. Однако даже в самом кошмарном сне он не

мог себе представить, что за испытания лягут на его плечи после

роковой встречи со вздорной, своенравной да к тому же еще рыжей

боярской дочкой Селистеной. И дело не в том, что уже привыкший

влипать в самые невероятные истории молодец вынужден будет выручать

не менее талантливую на этот счет боярышню, а в том, что делать он

это будет в образе огромного дворового пса Шарика... Так роковое

проклятие старой прорицательницы, беспредельный пофигизм юного

колдуна в собачьем обличье и уникальная непосредственность рыжей

красавицы толкнут невольных спутников к увлекательным приключениям.

На пути странной парочки встанут спиногрызы, петуния гигантская,

веселый вампир-романтик и конечно же главные враги - черный колдун со

своим слугой-оборотнем.

Действующие лица:

Даромир - недоученный колдун, балбес;

Серафима - ведьма с мутным прошлым;

Серогор - доученный белый колдун, можно сказать "мэтр";

Антип - боярин, созидательный государственный деятель;

Селистена - боярская дочка, рыжая девица с кучей комплексов;

Кузьминична - нянька Селистены, грымза жуткая, но по большому счету справедливая;

Бодун - князь, любит выпить, не любит заниматься своими прямыми обязанностями;

Феликлист - сын князя, любимый цвет - голубой;

Демьян - дальний родственник князя, статный красавец в полном расцвете сил, но с внутренней гнильцой;

Гордобор - премьер-боярин, доученный черный колдун, но до "мэтра" не дотягивает;

Филин - слуга Гордобора, оборотень и просто мелкий пакостник;

Едрена-Матрена - хозяйка трактира, огромная и добрая;

Фрол и Федор - ратники, любят выпить, добрые по мере возможности;

Шарик - пес, большой, зубастый, верный, как все собаки;

Барсик - кот, пушистый, вредный, как все коты;

Золотуха - очаровательная сука рыжей масти ("сука" - это не свойство души, а половая принадлежность).

Нечисть: спиногрызы горные, спиногрызы луговые, вампиры-живоглоты, петуния гигантская, барбуляк обыкновенный, живолизы, сыроглоты, пробыши, зенделюки.

А также: колдуны, ратники, торговцы, молодухи и прочий народ.

События происходят в далекой, почти сказочной Руси до ее крещения. В те стародавние времена сказка вполне мирно сосуществовала с реальной жизнью, а колдовство и чародейство было обычным, почти повседневным делом.

Да, на этот раз я, кажется, действительно переборщил. Принародная казнь - это слишком даже для меня. Ну да, я не безгрешен, но не до такой же степени! Я, конечно, не святой, но и казнить за такие проделки - это тоже перебор. Ну немножко в боярском потайном сундучке пошуровал, не казнить же за это? Там много чего лежало, а я только одну безделушку и взял. Попался, конечно, глупо, прямо как юнец безусый. Так обрадовался, когда перстень в руках оказался, что не услышал шороха за спиной, а уж ратные люди боярина Антипа свое дело хорошо знали. Так лихо аспиды налетели, по нотам и рукам спеленали и в холодную отволокли, что не то что колдовать, а даже пикнуть не успел. У них тут, понимаете ли, такие порядки: если вора на месте преступления поймают, так в холодную, а наутро прямо к палачу. Подумаешь, перстень с топазом в золотой оправе, так не в камнях же и в золоте тут дело было! Перстенек-то не простой, да ладно, со связанными руками даже он мне не поможет.

И ничего мне не остается, как горевать, жалеть мою буйную головушку, которую завтра палач оттяпает, и вспоминать свою не очень длинную, но вполне насыщенную жизнь. Так как времени у меня до утра еще много, то могу вам рассказать (если, конечно, вы никуда не торопитесь) немного о себе.

Да, вроде и пожил немного, но серой мою жизнь никак не назовешь. В ней органично сочетались фатальное невезение и невероятная фортуна. Родителей своих я не помню, мне было около года, когда на всю округу обрушились неурожаи и, как следствие, лютый голод. В такие года, чтобы выжить, лишних едоков просто уносили в лес и оставляли там. Так бы бесславно и закончилась моя едва начавшаяся жизнь, только корзинку с орущим от голода и холода младенцем (то есть мною) подобрал великий колдун Серогор, случайно забредший в наши края. Мне, конечно, тогда было абсолютно все равно, кто меня накормит и согреет. Только через несколько лет я понял, насколько мне повезло. Серогор отнес корзину со мной к своей давней знакомой, живущей в таежной глуши на берегу маленького лесного озера с почти черной водой. Так как своих родителей я не помнил, да и горячей любви к ним в моем сердце как-то не наблюдалось, то последующие девять лет я прожил у бабушки Серафимы.