Снежный Яйцедолб, выбираю тебя!

…Море сердито шумело, катило тяжёлые, чёрные волны в рваных пенных кружевах — и разбивало их вдрызг о исхлестанные ветрами прибрежные скалы; чайки, крича, носились над волнами под серыми тучами. Но громче шума прибоя и птичьего клича звучал многоголосый вопль людской толпы, разносящийся над побережьем.

Унаки столпились вокруг священного круга камней — множество мужчин и женщин в кухлянках, с заплетёнными в косы волосами и размалёванными плоскими лицами: раскосые глаза горели азартом. Целых два племени в этот день оставили охоту, рыбалку, плетение сетей и иные занятия, ради незабываемого зрелища — великой битвы! Низкорослые лезли на плечи высоким, стоящие поодаль взбирались на камни повыше. Самые смелые даже залезли на верхушки валунов, ограждавших круг.

Два шамана застыли друг напротив друга в кольце камней, готовые к сражению. Один — кряжистый, поперёк себя шире, в тяжёлом плаще, богато расшитом орнаментом из рыбьих костей, в шапке из цельного чучела совы с раскинутыми крыльями: страшное лицо его было изрезано шрамами, будто племенная маска. Второй, повыше и более тощий, был одет в накидку из длинных лент-полос, трепетавших и сплетавшихся на ветру: шею его украшало ожерелье в три ряда из вороньих черепов, в длинные волосы вплетены чёрные перья, а лицо скрывала расписная маска птицы с длинным клювом — через дыры глазниц глядели мрачно горящие глаза.

Вот хрипло взревел рог, дав сигнал к началу поединка. Тотчас «совиный» шаман запустил руку под плащ, и вытащил оттуда небольшой, округлый глиняный сосудец, стенки которого были изукрашены орнаментом запретных символов.

- Снежный Яйцедолб, выбираю тебя! — проревел ужасным голосом Совиная Шапка, и швырнул сосудец в середину круга. Хлопнуло, треснула вспышка — и во все стороны клубами повалил густой, белый дым; толпа закашлялась, закрываясь рукавицами. Дым заволок арену, а когда расступился — у всех вырвался слитный вздох восторга и ужаса разом.

Ибо посреди арены возник тупилак. Туловище у монстра было от моржа, с раскинутыми в стороны ластами: но там, где у моржа полагалось быть голове — к обрезу шеи было пришито задом тулово северного лиса с четырьмя хищно поджатыми лапами, готовыми рвать и когтить. Из спины гребнем росли десятка три заточенных моржовых бивней — к такой твари не бросишься на загривок!.. А всего ужасней было то, что голова у твари была человечья — коротко остриженная, с мутными глазами мертвеца, зато с ещё двумя бивнями, торчащими из зашитого рта.

Толпа невольно подалась назад, тесня друг друга. Не дрогнул лишь соперник-шаман: только глаза в дырах маски хищно сощурились. В руке у Вороньей Маски тоже возник предмет — яйцо гагары, расписанное страшными знаками сдерживания.

- Злоязыкий Ухокрыл, выбираю тебя! — певуче воскликнул шаман, и швырнул яйцо о камни. Вновь всклубился белый дым — а когда он развеялся, напротив челоморжелиса уже стоял второй тупилак. В сравненьи с первым, он был совсем мал — ещё одна голова мертвеца, бритая налысо, с пришитыми вместо ушей чаячьими крыльями и торчащей из обрубка шеи парой когтистых птичьих лап. Но когда тварь хищно открыла рот, и наружу выскользнул и изогнулся щупальцем длиннющий, мускулистый язык с пришитым на конце острием гарпуна — все одобрительно загомонили. Такого не достанешь в воздухе — зато сам он, взлетев, меткими ударами языка разорвёт нити в швах вражеского тупилака, и тот развалится на части!

- Удар разящего хвоста! — заорал Совиная Шапка, и затряс в воздухе трескучей шаманской погремушкой. Могучий тупилак глухо, утробно заревел, зашлёпал ластами по гальке — и тяжёлыми скачками ринулся вперёд.

- Атака с небес! — прокричал Воронья Маска — и закружился на месте в ореоле развевающихся лент плаща и чёрных волос, вскинув над головой бубен и колотя в него пальцами. Летучая голова, захлопав крыльями, взлетела в низкое небо — и пала оттуда на врага, хищно выстрелив жалом-языком…

- Быстрее, быстрее! Уйдёт! — Двое мальчишек в пуховиках и вязаных шапочках, смеясь, бежали по берегу наперегонки, выставив перед собой телефоны. Кроссовки их скользили на мокрой от брызг гальке.

- Вот-вот! Лови! — На экранах по условно прорисованному берегу медленно двигался значок в виде пиксельной человечьей головы. Один из мальчишек в рывке повалился на колени, ойкнул и поморщился — но тут же издал торжествующий вопль. На экране вокруг головы засверкали звёздочки, запиликала радостная музыка.

- Поймал! — мальчик поднялся на ноги, и с видом победителя воздел телефон над головой. Его скуластое, узкоглазое лицо под спортивной шапкой лучилось торжеством. — Ха-ха, ну и кто теперь самый великий тренер тупилаков? А, а?

- Тоже мне! — пробурчал его друг, рыжеволосый и зеленоглазый, типичный уроженец Большой Земли. — А у меня зато три хребта великой синей рыбы. И орлиные крылья с золотым пером!