Смута. Ее герои, участники, жертвы

В исторической науке Смутой, или Смутным временем, называется период с конца XVI по начало XVII вв. Это название появилось в середине XVII века в сочинении подьячего Г. Котошихина «О России в царствование Алексея Михайловича». Оно оказалось настолько емким и точным, что было воспринято многими известными историками XIX–XX веков.

Действительно, как еще лучше назвать бесконечную смену царей, кровавое междоусобие, острые политические и социальные баталии, иностранную интервенцию, борьбу с ней патриотических сил?

Описывая Смуту, современники начинали повествование с 1584 года, когда на престол взошел царь Федор Иванович. Однако в это время появились лишь предпосылки будущих бедствий и несчастий. Сами они начались с осени 1604 года, когда на территорию Русского государства вторгся самозванец Гришка Отрепьев и начал вооруженную борьбу с царем Борисом Годуновым. Общество разделилось на два враждующих лагеря, породив кровавую междоусобицу.

Почему же это произошло? Дело в том, что царь Федор Иванович не оставил после себя наследника и завещал трон жене Ирине, которая отказалась править. Царица предоставила право Земскому собору решать вопрос о кандидатуре нового монарха. Но для Русского государства это было небывалым делом. В течение многих столетий верховная власть передавалась внутри одного княжеского рода, и простые люди были полностью отстранены от решения вопроса о верховной власти. Сложившейся ситуацией воспользовались сторонники брата царицы, Б. Ф. Годунова, и предложили избирателям его кандидатуру в качестве продолжателя славных дел умершего царя Федора Ивановича. В агитационной «Повести о честном житии царя Федора» патриарха Иова Борис был даже представлен царским соправителем. В итоге 16 февраля 1598 года первым выборным царем был провозглашен Годунов.

Однако очень скоро русские люди обнаружили, что «всеобщий избранник» мало похож на царей прежней династии. Он непомерно чванлив и тщеславен, обожает все иностранное и при этом крайне мнителен и подозрителен. Своих предполагаемых соперников он был готов уничтожать поголовно, включая дальних родственников и маленьких детей. Это оттолкнуло от него многих представителей знати. Простые люди, голодавшие от трехлетних неурожаев, решили, что царя Бориса наказывает сам Бог за какие-то грехи и преступления. В массовом порядке они бежали на юг, вливаясь в ряды вольного казачества, готового за плату служить любому господину. В итоге центр страны обезлюдел, а на окраинах создалась взрывоопасная ситуация.

Для противников Русского государства становилось ясным, что царь Борис не пользуется поддержкой общества и необходим новый кандидат на престол, который показался бы всем более законным и подходящим. Так в польских католических кругах, с подачи противников Годунова, возник проект реанимирования последнего сына Ивана Грозного царевича Дмитрия, погибшего в Угличе при неясных обстоятельствах. Наиболее подходящей кандидатурой на роль «царевича» был признан монах-расстрига Гришка Отрепьев, бежавший в Речь Посполитую в 1602 году. В конце 1603 — начале 1604 года самозванческая авантюра развернулась в полную силу. По версии ее организаторов, Дмитрий спасся от наемных убийц, подосланных Борисом Годуновым, скрывался в отдаленных монастырях и потом бежал в Польшу, где нашел поддержку со стороны магнатов и шляхтичей. Все это было написано в «прелестных» грамотах и разослано по русским городам. Поэтому, когда осенью 1604 года небольшое войско Лжедмитрия вторглось в Россию, жители северских городов его активно поддержали. Царское войско, посланное Борисом, сражалось вяло и неактивно, а после его внезапной кончины в апреле 1605 года вообще перешло на сторону «царевича». Для многих кандидатура истинного царского сына выглядела предпочтительнее выборного государя с сомнительными достоинствами.

20 июня 1605 года под перезвон всех колоколов «Дмитрий Иванович» въехал в столицу и сел на «прародительский престол». Но очень скоро русская знать разочаровалась в «сыне Ивана Грозного». Он не уважал русские обычаи, вел разгульный образ жизни, истощал царскую казну, отправляя бесценные подарки полячке Марине Мнишек. Его тщеславие даже затмило годуновское, ведь он назвал себя «непобедимым цесарем» и собрался воевать с Турцией и Крымом одновременно — для искоренения «бусурманства».