Смоленская земля в IX–XIII вв. Очерки истории Смоленщины и Восточной Белоруссии

В 60–90-х годах XIX в. в Киевском университете была предпринята попытка региональных исследований по истории древней Руси. Появилась серия монографий по древнейшему периоду Рязанского, Тверского, Черниговского, Полоцкого, Смоленского и других княжеств. Однако источниковедческая база тогда была еще слаба, все эти работы строились главным образом на письменных источниках — летописях в дошахматовский период их изучения. Накопление огромного материала за истекшие 70–100 лет сделало повторение этого круга исследований необходимым, и в 50–60-х годах нашего века появились новые работы, посвященные Галицко-Волынской (В.Т. Пашуто), Рязанской (А.Л. Монгайт) и Полоцкой (Л.В. Алексеев) землям. Настоящая книга продолжает эти исследования и посвящена Смоленской земле.

Смоленское княжество (земля) возникло на основе крупнейшего восточнославянского племени кривичей, в зоне главного водораздела европейских рек с озерами и волоками, через который протянулась самая значительная коммуникация древности — Путь из варяг в греки. Удаленная от древнерусских окраин, земля эта была в безопасности от нападений кочевников степного юга и вскоре стала центром притяжения населения, спасающегося по Днепру от печенегов, половцев, а позднее и от татаро-монгол. Во главе земли был Смоленск — один из крупнейших городов Руси (основан в XI в.), контролировавший путь по Верхнему Днепру и по водоразделу, насыщенный многочисленным полиэтничным и разнородным по социальному составу населением. В XII–XIII вв. в Смоленской земле утвердились князья одной из главных ветвей потомков Мономаха. К концу XII в. в их руках оказались все основные ключи древнерусской политики. Уделы многих из них находились за пределами Смоленской земли и в результате она не была, подобно соседней Полотчине, ослаблена княжескими междоусобицами. К тому же татаро-монгольское нашествие обошло Смоленскую землю, но его гибельные последствия сказались на всей Руси. Трагическую эпоху монголо-татарского погрома мы и считаем конечным пределом исследования.

Как и в работе по истории Полоцкой земли (М., 1966), в основу этой монографии положен комплексный метод анализа имеющихся в распоряжении автора источников. Как и там, все явления исторического развития Смоленской земли рассматриваются в тесной связи с характером ее заселенности, устанавливаемым по археологическим данным. Детальное исследование комплекса грамот смоленской епископии является основой для разрешения многих ключевых проблем истории Смоленской земли.

Моя длительная работа над этой книгой всегда встречала сочувственную поддержку как руководства Института археологии АН СССР, так и Сектора славяно-русской археологии, сотрудником которого я являюсь. Большую помощь консультациями по вопросам древнего смоленского зодчества и особенно предоставлением материалов мне оказал П.А. Раппопорт, по частным вопросам — Г.П. Смирнова и А.А. Юшко. В полевых изысканиях мне помогали археологи: Я.Г. Риер, З.М. Сергеева, Н.А. Соболева, также сотрудники руководимой мной экспедиции: Ю.А. Дорофеев, С.Ю. Крупянский, Г.И. Жунина, Р.А. Михневич и краеведы и сотрудники местных музеев И.С. Мигулин (Могилев), М.И. и И.И. Ивановы (Рославль), М.Н. Манышев, Л.Е. Диденко, Н.П. Атрошенко (Мстиславль), руководство Мстиславского района, и прежде всего А.И. Задорожный. Позволю выразить им мою самую искреннюю признательность. Часть труда по составлению археологической карты Смоленской земли взяла на себя ныне покойная И.Т. Трифонова.

Обилие памятников древности в Смоленской земле удивляло иностранных путешественников уже в XVI в. В 1576 г. посол австрийского императора Максимилиана принц Даниил фон Бухау первый описал смоленские курганы[1]. В 1593 г. эти курганы описал другой австрийский посол Николай Варкочи, также следовавший в Москву[2].

Интерес к истории страны оживился в 70–80-х годах XVIII в. при посещении Смоленской губернии Екатериной II. По указанию местного епископа Парфения неким Иосафатом Шупинским была составлена история Смоленска, которая и разошлась в городе во множестве списков. Но первый труд на эту тему был опубликован лишь в 1804 г. и принадлежал неутомимому собирателю древних сведений местному ученому дьякону А.Н. Мурзакевичу[3]. Большая часть тиража этого неразошедшегося издания сгорела в 1812 г. По сохранившимся экземплярам видно, что этот добросовестный труд широких задач еще не ставил, но обстоятельно передавал содержание источников.