Смертник из рода Валевских #03

— То есть в академию мы больше не вернёмся? — на всякий случай уточнил я, с интересом оценивая своё новое жильё. «Серебряный гусь» была не самой фешенебельной гостиницей Турба, но по сравнению со всем тем, где мне приходилось жить последний месяц, являлась образцом чистоты и идеальности. Двухкомнатный номер, куда нас заселили, находился на пятом, последнем этаже гостиницы и отсюда открывался шикарный вид на Крепость, академию и даже на дворец императора. Большая часть столицы была словно на ладони и у меня, не привыкшего к такому великолепию, даже дух захватывало. Кто бы мог подумать, что столица Заракской империи является настолько красивым городом!

— Ты больше не смертник, Макс. Твой статус ещё до конца не определён, мне нужно обсудить его с верховным епископом, но тратить время на бесполезную возню в академии ты больше не обязан, — ответила мать Алия, облачённая в фиолетовую мантию епископа. Девушке было всего восемнадцать лет, моя ровесница, вот только вела она себя так, словно являлась многомудрым старцем, прожившим тяжёлую и насыщенную жизнь. Конечно, можно списать такое поведение на посттравматический шок — три часа тому назад девушку едва не сожгли на очистительном костре церкви, но Алия и до этого казалась мне не от мира сего.

— По поводу бесполезности я категорически не согласен. Одни тренировки со Злым Инженером чего стоят! Плюс у меня есть право на десять занятий по владению шпагой. Раз я перестал быть смертником, у меня должно появиться личное оружие. Танцы, история, законы — много чем академия может быть мне полезна! Да и обязательства у меня есть перед ректором. Он считает, что разлом под академией достиг критичной глубины и его следует закрыть. Предложил мне принять участие в этом мероприятии. Я согласился. Мне прокачали все камни до шестого уровня, обещали выдать одну грань, а также новые камни, когда я пойму, какие нужны. Плюс нужно разобраться с оружием — мои катары показали свою ненадёжность. В восьмёрке я встретил тварей, которые умели блокировать сталь. В общем — академия является полезным местом, не стоит его избегать.

— Все твои старые обещания и долги теперь не имеют силы. Отныне у тебя есть я. Если кому-то требуется твоя помощь, он должен договориться со мной, — спокойно отреагировала Алия. У меня язык не поворачивался называть девушку «мать Алия». Какая из неё мать?

— То есть помогать академии с разломом мы не будем?

— Одна грань, шестой уровень камней и непонятные камни в будущем? — девушка посмотрела на меня, как на глупого мальчика. — Это цена за пятый, может быть шестой уровень. Хорошо, разлом под академией довольно уникальный, его постоянно чистят, так что можно согласиться на проход до десятого уровня. Но речь идёт о четырнадцатом, может быть даже пятнадцатом уровне. Разломы такой глубины никто никогда не закрывал, так что отделаться мелочёвкой у академии не получится. Думаю, нам стоит как можно раньше навестить ректора и обсудить условия твоего участия и дальнейшего обучения. Согласна с тем, что тебе необходимо образование и отточенные манеры. Закрытие разломов — лишь одна из частей того, чем мы с тобой будем заниматься.

— Хочешь отправить меня на охоту за обращёнными?

— Они гораздо опаснее тварей. Под землёй живут обычные животные, пусть и тёмные. Среди же людей находятся настоящие монстры, влияющие на сознание и чистоту помыслов. Я и раньше пыталась доказать верховному епископу, что твоё истинное место не в разломах, а среди аристократии, но меня никто не слушал. Отец Ург считал, что смертнику не место в высшем свете. Но сейчас всё изменилось. Да, Макс, мы с тобой займёмся поиском обращённых. Это приоритет. Разломы — приятный бонус и способ заработать. Не более. Идём! Не вижу смысла откладывать встречу с ректором.

— На ночь глядя? — я красноречиво посмотрел на закатное солнце.

— У тебя есть какие-то планы?

— Если честно — да. Я в столице никогда не был, тот случай с обращённым не в счёт. Посмотри, какая красота. Хочется просто прогуляться по городу, походить по магазинам, посидеть в парке, послушать музыку, в конце концов. Вспомнить о том, что я всё же человек, а не инструмент по закрытию разломов или поиску обращённых.

Алия посмотрела на меня так, словно видела впервые.