Смеётся тот, кто...

Глубокая ночь, подсвеченная блеском звёзд, укрывает спящий город, отсвечивающий в темноте редкими росчерками улиц с фонарями вдоль тротуаров. Со своими достоинствами и недостатками, как и любой город заселённый разумными. Тишину в конце одной из крайних улиц нарушает громкая песня под музыку на струнном инструменте, доносящаяся из питейного заведения.

Замученный дорогой, я выбился из сил,

И в доме лесника я, ночлега попросил.

С улыбкой добродушной, старик меня впустил,

И жестом дружелюбным на ужин пригласил. Хэй!

— Будь как дома путник, я ни в чём не откажу, я ни в чём не откажу... — Все присутствующие посетители заведения дружно подхватывают слова одной из полюбившихся песен.

Отдышавшись и спустившись со стола, на котором изображал лесника и путника не сдерживаясь в голосе, пел.

— Спасибо друзья за тёплый приём, но и у бардов иногда пересыхает в горле. — С улыбкой на лице поднимает кружку с местным крафтовым пивом. — За вас друзья и за удачу.

Все громогласно поддержали и выпили содержимое своих ёмкостей, грохнули об столы кружками. Кто-то хлопал соседа по плечу, кто-то жестикулируя изображал лесника, народ отдыхал морально от забот и хлопот выплёскивая море позитивных эмоций. А музыкант, присев за столик в углу у сцены, по немного отпивал из своей кружки, смотрел на толпу отдыхающих посетителей и думал о своём. Точнее вспоминал, с чего началась его новая жизнь.

Я обычный электрик Корней Иванович Кеглин из непримечательного серого индустриального городка на севере огромной и необъятной страны. Крепкого телосложения, сорока лет, рост около ста восьмидесяти пяти сантиметров, лицо округлое с короткими бородкой и усами, нос с не большой горбинкой. На голове короткие русые волосы с рыжеватым отливом. Из-за небольшого шрама справа у от уголка глаза до виска, больше похожий на глубокую морщину, взгляд мужчины был хитрым или ироничным. Как кому казалось, в зависимости от ситуации. Живу в своей двушке один, приобретённой на честно заработанные на халтурах, ибо на официальную зарплату электрика только выживать. Повезло в своё время купить жилплощадь до резкого скачка цен. Успел поработать на руднике, в ЖКХ (Жилищное коммунальное хозяйство) и в данный момент на металлургическом заводе. Встречался с друзьями и подругами, жил в своё удовольствие и отдыхал. Бывало громко и весело. Навещал мать, помогал по дому и выслушивал её теории, почему мне пора жениться.

С юности играл на гитаре для души, в основном дворовые и из знаменитых и не очень панк рок и фолк групп. Особо экстремальными видами спорта не занимался. Стандартно: лыжи и хоккей зимой по школьной программе, футбол летом во дворе с пацанами, если была хорошая погода. Для себя посещал плаванье и тренажёрный зал с чудом уцелевшими за многие годы использования снарядами. Счастливое детство без смартфонов и гаджетов. Отслужил пару лет в связи ПВО. Ездил с друзьями в тундру на шашлыки, а позже получил охотничий билет и купил б.у. двустволку из семейства Иж-27. Иногда промышлял охотой с бригадой добытчиков. За несколько лет приноровился и уже уверенно чувствовал себя на изменчивых и коварных просторах Крайнего Севера. Хотя, по правде говоря, просто везло с напарниками и бывалыми охотниками, что не давали совершать глупости.

И вот во время отпуска, ранней осенью, к полудню пятницы, собрались бригадой в десять человек на зайца, куропатку и если повезёт, то стадо оленей по встречаем. Ну и порыбачить на муксуна, нельму, щуку и т. д. Да, вы скажете браконьеры, но кто пережил 90-е годы конца 20 века на севере, поймёт нас и сам будет впрок бить нужную дичь. Так уж повелось с того времени. А спрос на свежее мясо и шкуры всегда был, есть и будет. Запланировали недельный заезд на двух кунговых Уралах. Мощные, проходимые машины. Правда, проходимость в тундре всё-таки от опыта водителя зависит. Добрались до реки Енисей и вдоль берега свернули на север. Километров через десять встали лагерем. С машинами осталось пара водителей и четыре заядлых рыбака, сразу начавшие готовить снасти для рыбалки. А мы, прихватив ружья, не спеша потопали в сторону холмов с редкими низкорослыми деревьями. Меня, как самого зоркого, Кузьмич, старший группы, отправил на разведку после второго холма выглядывать дичь. Проверив патронташ и перехватив ружьё, я немного ускорился и оторвался от группы метров на сто. Дальше перешёл на мягкий шаг и, стараясь не шуметь, стал осматривать окрестности. Краем глаза справа заметил движение, повернул голову и столкнулся взглядом с волком. Серый оскалился, потянув носом воздух, громко фыркнул и побежал дальше по своим делам. Вообще обнаглел, волчара. Я расслабился и, не заботясь о шуме, пошёл назад, навстречу группе.

— Корней, что там? — Окликнул Кузьмич меня.

— Всё, баста! Оленя не будет тут. — Махнул я рукой. — Похоже, волки обосновались. Только что матёрого серого видел. На пару - тройку километров придётся уходить, если оленя искать. А так только мелочёвка будет попадаться.