Служанка-леди

Хочется выразить отдельную благодарность всем тем, кто помогал писать эту особую для меня книгу: Котику, Фоксе, Лене, Марише, Рене, Люде, Нине, Ирине и всем-всем моим читательницам с форума, принимавшим посильное участие в подготовке текста. Конечно, моей бете. Спасибо, что ты верила в меня и в мои силы и поддерживала на протяжении всех месяцев работы над Служанкой. Ты лучшая.

Молодая девушка лет двадцати пяти торопливо шла по темной улице, сжимая у горла плащ и то и дело оглядываясь. Миловидное лицо выражало отчаяние, на щеках блестели дорожки слез. Она знала, что далеко не убежит, ее найдут, но возвращаться было еще страшнее. Хозяин дома, где она работала, точно не простит того, что девушка совершила, а признаваться ему, что не по своей воле — даже речи не шло. Ведь тогда пострадает другой человек, не имеющий никакого отношения к той паутине, в которой запуталась незнакомка.

Она беззвучно всхлипнула, сглотнула горький ком в горле и прибавила шагу. И обратиться за помощью не к кому, у беглянки не осталось ни родственников, ни могущественных покровителей. Да и откуда они могут быть у сироты из приюта, которой посчастливилось попасть в очень богатый дом? И это место она вот-вот потеряет… По нелепому стечению роковых обстоятельств. Рыдания снова подступили к горлу, девушка свернула пару раз, уходя глубже в лабиринт улиц. Она знала этот район, ее приют находился не так далеко, и квартал считался вполне безопасным, хотя живая темнота теней пугала девушку, и так взвинченную донельзя. Здесь она должна была встретиться с тем, кто втянул ее во все неприятности, и наконец избавиться от главной улики. Может, она и наберется смелости вернуться и признаться во всем хозяину… Утром. Не сейчас. Страх стучал молоточками в висках, и именно поэтому она не заметила, как на очередном перекрестке из-за угла прямо за ней бесшумно вынырнула фигура, закутанная в плащ с ног до головы.

Стремительное движение, и девушка забилась в руках напавшего, отчаянно пытаясь закричать, но ладонь незнакомца в черной перчатке крепко зажимала рот, и у жертвы вышло только глухое мычание. Буквально через мгновение послышался сдавленный стон, беглянка дернулась, а потом обмякла, закатив глаза. Неведомый убийца для верности проверил пульс на шее, удовлетворенно кивнул и крепче обхватил тело, направившись прочь от места преступления. Пройдя несколько перекрестков, он остановился, оглянулся, убедился, что свидетелей по-прежнему нет, и аккуратно уложил тело на брусчатку мостовой. Быстро обыскал, вытащил что-то из кармана платья убитой. Постоял, о чем-то размышляя, и скрылся в лабиринте улочек.

А спустя непродолжительное время неподалеку остановился еще один незнакомец, так же закутанный в плащ с ног до головы. Он некоторое время на расстоянии внимательно изучал убитую, проверяя, не осталось ли каких зацепок, потом совершил несколько движений руками, стирая следы ауры того, кто принес тело, удовлетворенно кивнул, развернулся и начал удаляться от лежавшего неподвижно тела.

Настоящий заказчик несчастной жертвы прекрасно знал, как не оставить ничего, значимого для расследования. А оно будет, естественно, ведь девушка работала экономкой не где-нибудь, а в доме самого лорда директора департамента магии и его сына. Но им вряд ли удастся что-то узнать про убийство их прислуги. В темноте под капюшоном блеснула довольная усмешка: все идет по плану. Отвлекающий маневр совершен, осталось только выждать немного и сделать следующий шаг.

— Яна, тебя в библиотеку зовут, — громкий голос старшей горничной ворвался в мой утомленный мозг, и я вздрогнула от неожиданности, чуть не выронив перо.

Проверять при свете свечей книгу расходов — дело сложное и неблагодарное, особенно, если до этого ты носилась по дому, как белка в колесе. Подготовка к скромному вечернему приему на пятьдесят персон легла полностью на мои хрупкие женские плечи, лорды Морвейны демонстративно умыли руки от этого геморроя. Хотя, собственно, вспоминая исторические романы, такими вещами всегда занимались женщины, ничего удивительного. А я уже задерганная, дальше некуда, и невыспавшаяся, что вообще опасно для окружающих. Слуги старались лишнего слова мне поперек не сказать, только Хлоя, та самая старшая горничная, спокойно сносила мое раздражение. Ну да, она-то здесь уже давно, и наверняка от хозяев тоже терпела всякое. Я же в особняке всего пару недель, и до того, как заняла должность экономки, занималась совсем другими делами, да и жила совершенно в другом месте…

— Аааа, идуууу, — зевнула я, ожесточенно протерла глаза и встала.