Следы в звездной пыли

Волна потревоженного воздуха разогнала дымку сна. Боевая трансформация обратила пальцы в когти, но остановилась почти сразу же - я дома, я все еще победитель. Прекрасная девушка в легкой полупрозрачной накидке, вышагнувшая из постели секундой ранее, тому подтверждение.

- Мне понравилось быть в плену, - В голосе сытое довольство и легкая ирония. Она заметила мое пробуждение, даже не оборачиваясь - слух у ее вида феноменальный.

Пленница подошла к окну и нарочито медленно потянулась вверх, замерев на мгновение. Столько лет прошло, а тень женской фигуры на фоне яркого окна остается самой прекрасной картиной на свете. Девушка прогнулась в пояснице, положила ладошки на подоконник, рассматривая что-то на улице, и слегка напрягла плечи.

- Даже не думай бежать, - чуть лениво посоветовал я, - Даже перекинуться не успеешь.

Пленница досадливо дернула плечиком и, мне на зло, выпустила хвост - милый, серебристый волчий хвостик там, где находится основание позвоночника у нормальных людей. Дразнит. Впрочем, этой ночью мне даже понравилось, с хвостом и ушками-то.

- И не надейся, - фыркнула она, как-то уловив мой настрой. Одно из благословений Основателя - чувствовать запах чужих эмоций.

- А я чувствую иное, - мурлыкнул я на манер кошачьих, отчего девушка тихо зарычала, пряча за показным гневом свое смущение. У моего вида тоже есть благословение - видеть порывы души.

Иногда мне кажется, что Основатель намеренно раздавал схожие таланты всем линиям своих потомков, чтобы не обидеть Матерей. Иные умения закрепились в памяти крови, вторые, менее полезные для выживания, не использовались и слабели. С каждым веком каждая ветвь наследников Основателя все больше отличалась своими умениями от сводных братьев и сестер, специализируясь, чаще всего, на чем-то одном. Волки на охоте - чутье, звериная трансформа и живучесть. Ведьмаки на убийстве потустороннего - мастерство зачарованного клинка, неуязвимость для порождений нижних сил, хождение по границе мира. Сирены на управлении океаном - и что они там делали, под руководством своей Матери, я даже знать не хочу - еле ноги унес в прошлый сеанс любопытства. Много их, этих ветвей, и у каждой ныне свой козырь. Погулял в свое время Основатель на славу - десяток жен, из них всего три человеческого рода, остальные - демоны. Тот еще затейник.

Меня зовут Акс, и я помню все, дарованное нашей ветви. Я - второе поколение нашей Матери, а не двадцатое-тридцатое, как у ведьмаков, и не трехсотое волков. Благодаря этому, во мне сильна эмпатия, доступно Преобразование и Магия крови, я смогу отследить цель, встать против демона на серых полях изнанки и выйти победителем. Да, я сделаю это хуже и медленнее, чем сделали бы другие ветви - каждое задание по отдельности, но никто их них не сможет выполнить то же самое в одиночку. Поэтому наше поколение все еще живо, через сотни лет после появления на свет.

Возраст - тоже наше преимущество. И сейчас, через призму веков, я вижу не смертельного врага перед собой, которому вчера выдрал половину глотки, не воительницу, явившуюся по мою жизнь в стае таких же, как она - молодых, безумно смелых щенят, не добычу, доставшуюся по праву сильного. Мне не нужно прибегать к эмпатии, чтобы разглядеть сумятицу в ее мыслях - она тоже не может понять, почему не попыталась перегрызть мне глотку этой ночью. Я вижу, как она борется с долгом и верностью, призывающими отомстить за погибшую стаю, бесконечно спрашивает саму себя - 'а почему она все еще жива?' и куда тише 'почему она счастлива?'. Это не любовь, нет. Все волчата безумно влюблены и преданы только одной - своей бессмертной Матери, оттого так же безумно жестоки ко всем другим. Знаю ли я, что это?

- Тебе показалось, кровосос, - гордый подъем подбородка и движение хвоста, так нелепо выдающий все мысли хозяйки. Через сотню лет она сможет удержать над собой контроль, если доживет, конечно, но пока - движения серебристого хвостика предают ее.

- Вернешься в стаю? - нейтрально спросил я, и тут же хвост резко прижался к спине.

Вот и ответ. Сила волка в стае, но там - они не личность, а свора. А вне стаи, вне своих, жить они практически не могут - так уж созданы. Просто не могут уснуть - и виною тому интуиция, вроде моей. Любое движение - пробуждение, шорох - пробуждение, пролет бабочки - пробуждение. Затем - гнев, злость, ярость, бессилие победить свою кровь и покорное возвращение обратно в стаю - если примут, конечно. В стае сон нормализуется, древний механизм нашепчет ложь о защищенности и дарует уверенность. Защита в обмен на свободу - это их выбор и призвание. Именно эту философию они несут в города людей, подминая под себя все на своем пути.