Сладкое искушение

Я посмотрел на свои окровавленные руки, потом на безжизненное тело жены. Я медленно закрыл дверь на случай, если Даниэле зайдет. Ему не нужно было видеть больше этого. Красные розы, которые горничная купила для Гайи в подарок к нашей восьмой годовщине, лежали скомканными рядом с обмякшим телом. Красные розы в тон крови, запятнавшей простыни и ее белое платье.

Взяв свой телефон, я позвонил отцу.

— Кассио, разве ты не на ужине в ресторане с Гайей?

— Гайя мертва.

Тишина.

— Можешь повторить?

— Гайя мертва.

— Кассио…

— Кто-то должен все это убрать, пока дети не увидели. Пришли бригаду уборщиков и сообщи Луке.

Когда твоя жена умерла, ожидаемыми эмоциями были печаль и отчаяние, но я чувствовал только гнев и негодование, наблюдая, как ее опускают в могилу.

Гайя и я были женаты восемь лет. В день нашей годовщины смерть положила конец нашему браку. Достойный конец узам, которые были обречены с самого начала. Возможно, судьба распорядилась так, что сегодня был самый жаркий день лета. Пот струился по моему лбу и виску, но слезы не присоединялись.

Отец крепче сжал мое плечо. Чтобы успокоить себя или меня? Его кожа стала бледной после третьего сердечного приступа, и смерть Гайи не помогала делу. Он встретил мой обеспокоенный взгляд. Катаракта затуманивала его глаза. С каждым прошедшим днем он все больше угасал. Чем слабее он становился, тем сильнее я должен был быть. Если ты покажешься уязвимым, мафия съест тебя целиком.

Я слегка кивнул ему, затем снова повернулся к могиле со стальным выражением лица.

Все Младшие Боссы Фамильи были на месте. Даже Лука Витиелло, наш Капо, прилетел из Нью-Йорка со своей женой. У всех были официальные лица — идеальные маски, такие же, как у меня. Они скоро принесут мне свои соболезнования, шепча фальшивые слова утешения, когда слухи о ранней смерти моей жены уже распространились.

Я был рад, что ни Даниэле, ни Симона не были достаточно взрослыми, чтобы понимать, о чем идет речь. Они не знали, что их мать умерла. Даже Даниэле, в свои два года, не мог окончательно понять значение слова «мертва». А Симона… осталась без матери всего в четыре месяца от роду.

Новая волна ярости прокатилась по моему телу, но я оттолкнул ее. Немногие из мужчин вокруг меня являлись друзьями; большинство из них искали признак слабости. Я был молодым Младшим Боссом, слишком молодым во многих глазах, но Лука доверил мне править Филадельфией железным кулаком. Я не подведу ни его, ни отца.

После похорон мы собрались в моем особняке на обед. Сибил, моя горничная, передала мне Симону. Моя малышка проплакала всю ночь, но теперь крепко спала у меня на руках. Даниэле вцепился в мою ногу, выглядя растерянным. Это первый раз, когда он искал моей близости после смерти Гайи. Я мог чувствовать все эти сострадательные взгляды. Одиночка, вдовец с двумя маленькими детьми, молодой Младший Босс… они искали любую маленькую трещину в моем фасаде.

Мама подошла с грустной улыбкой и забрала у меня Симону. Она предложила позаботиться о моих детях, но ей было шестьдесят четыре года, и она должна была присматривать за моим отцом. Мои сестры собрались вокруг нас, воркуя с Даниэле. Мия взяла его на руки и прижала к груди. Мои сестры тоже предлагали свою помощь, но у каждой из них были свои маленькие дети, о которых необходимо было заботиться, и они не жили рядом — за исключением Мии.

— Ты выглядишь усталым, сынок, — тихо сказал отец.

— Последние несколько ночей я почти не спал.

После смерти матери ни Даниэле, ни Симона не спали больше двух часов подряд. Образ окровавленного платья Гайи мелькнул у меня в голове, но я отогнал его прочь.

— Тебе необходимо найти мать для своих детей, — сказал отец, тяжело опираясь на трость.

— Мансуэто! — мать воскликнул себе под нос. — Мы только сегодня похоронили Гайю.

Отец похлопал ее по руке, но смотрел на меня. Он знал, что мне не нужно время, чтобы оплакивать Гайю, но мы должны были помнить о приличиях. Не говоря уже о том, что я не был уверен, что хочу другую женщину в своей жизни. Но то, чего я хотел, не имело значения. Каждый аспект моей жизни был продиктован железными правилами и традициями.

— Детям нужна мать, а тебе кто-то, кто сможет позаботиться о тебе, — сказал отец.

— Гайя никогда не заботилась о нем, — пробормотала Мия.

Она тоже не простила мою покойную жену.

— Не здесь, не сегодня, — отрезал я.

Она захлопнула рот.

— Полагаю, у тебя уже есть кто-то на примете для Кассио, — сказала отцу моя старшая сестра Илария, закатив глаза.

— Каждый Капитан и Младший Босс, у которого есть дочь, достигшая брачного возраста, уже связались с отцом, — тихо сказала Мия.

Отец еще не говорил со мной об этом, так как знал, что я не стану его слушать. Однако Мия, скорее всего, была права. Я был горячим товаром — единственным неженатым Младшим Боссом в Фамильи.

Лука и его жена Ария подошли к нам. Я дал знак своей семье замолчать. Лука снова пожал мне руку, и Ария улыбнулась моим детям.